Продавец, подведя его к крайнему лабазу, несколько раз грохнул кулаком в створку ворот и, услышав шаги за ними, громко произнес:
— Михайло, открывай, это я, Андрей. Покупателя привел.
За воротами лязгнуло, и калитка в воротах с негромким скрипом отворилась. Из-за нее выглянул тощий, жилистый мужик с клочковатой бородой и, оглядев пришедших внимательным, настороженным взглядом, негромко проворчал:
— Ты чего орешь? И так ясно, что покупатель. Входите."
"Руслан пропустил первым продавца и, пригнувшись, шагнул в калитку, готовясь к любому развитию событий.
Но войти ему дали спокойно, хотя для нападения это был очень удобный момент. Дверь за ними захлопнулась, и встретивший их мужик задвинул щеколду. Оглядев набитый мешками и ящиками лабаз, Шатун плавно шагнул в сторону, чтобы видеть всех собравшихся сразу.
Михайло, словно не замечая его маневров, махнул им рукой и направился куда-то в глубь склада. Свернув в очередной узкий проход, мужик толкнул неприметную дверь и, первым войдя вовнутрь, тут же сделал шаг в сторону.
Руслан, заметивший это движение, поставил корзину на ближайший ящик и, входя в каморку, незаметно выдернул из правого рукава еще один нож. Теперь оружие у него было в обеих руках.
Шагнув в каморку, которую освещала керосиновая лампа, Шатун с ходу заметил еще двух каких-то мужиков, сидевших за грубо сколоченным столом. Остановившись в дверях, Руслан осмотрелся и, едва заметно усмехнувшись, спросил:
— Так где порох-то?
— А ты не спеши, мил человек, — прохрипел один из сидевших за столом.
— Ты лучше поведай нам, сирым, зачем тебе столько зелья разом?
— Сказал же, людей учить надо, — пожал Руслан плечами. — Да и что вам за печаль? Вы продаете, я покупаю. С чего таиться? Или с чего торговать передумали?
— Да вот странно нам стало, что один казак сразу столько зелья купить решил, — не унимался мужик.
— А чего странного? — фыркнул Руслан. — Я ж казак. И воевать приходится, и людей учить.
— В общем, так, мил человек. Сымай ремень, раздевайся, — скомандовал мужик, вынимая из-под стола руку с пистолетом.
Этого Руслан и ждал. У пистолетов этого времени имеется одна особенность. Между спуском курка и самим выстрелом проходила почти секунда. Так что, едва только в свете лампы блеснуло оружие, Шатун начал действовать. Шаг в сторону и стремительный взмах руками. Два клинка, серебристо блеснув, нашли свои цели, войдя в глазницы сидевших.
Это был трудный бросок. Почти на грани возможного, но у Руслана получилось.
