Наверное, наелся на год вперёд.
— Пееклюси, — нахмурился я.
— Ну ладно, — тяжко вздохнула пышка и щёлкнула пальцем по коробке. — Но если твоя мама увидит, она нас отругает.
Да пофиг!
Я продолжил смотреть. Но тот репортаж завершился, и картинка сменилась. Теперь я увидел дым, крики и вспышки камер.
«— Какие-то слизни вылезли из разлома прямо в ГУМе и заплевали слизью первый этаж, — лицо репортёра было напряжено, дебильные усики его топорщились в разные стороны. — К сожалению, нас опять не пустили внутрь. Выставлено оцепление.
А эксперты пока никак не комментируют…»
— Кайта, — протянул я руку.
— Ах, да, карта, — спохватилась пышка и подбежала к шкафу.
Через полминуты передо мной была карта Москвы с уже нарисованным Знаком Монстра. Я поставил ещё одну метку. Центр столицы, совсем недалеко от имперского дворца. Что бы это значило?
Значит, формируется новый знак? Пока ничего непонятно, но жутко интересно. И тревожно не менее. Я узна́ю, что происходит… когда придёт время.
После этого уснул. Причём на диване.
А проснувшись, понял, что уже в кроватке.
Взглянул в окно. На улице уже стемнело. И услышал громкий разговор в гостиной.
Батя кого-то отчитывал.
Я отправил змейку. Надо узнать, что произошло.
Когда питомец пролетел сквозь стену и оказался в просторном помещении, я увидел хмурого батю, который держал в руках пустую бутылку. И растерянного Захарыча.
Понятно, опять, значит, выжрал отцовский коньяк.
— … Если не признаешься — уволю. Ей богу, Захарыч! — батя кое-как сдерживал гнев.
— Где ещё одна?
— Да я не трогал его, Иван Александрович, — бормотал слуга, опуская взгляд.
Неужели и правда не бухал? А кто тогда выпил?
Так, надо срочно проверить попугая. Я перешёл по связующей нити до питомца и понял, что он спит. Будить его? Нет, пожалуй, отправлю туда змейку.
Астральная змея услышала мой приказ и моментально переместилась на чердак.
К этому моменту для Рэмбо специально огородили территорию. В большой миске лежала недоеденная порция конфет, которые батя закупил сразу же после знакомства с птичкой возле беседки.
Странно, почему он не съел свой корм. А потом, когда змея приблизилась, я понял, в чём причина. Рэмбо спал не потому, что пришло время. От него шёл сильный перегар и рядом валялась пустая бутылка коньяка. Та, про которую и спрашивал батя у Захарыча.
Вот же гадёныш. Связался же с птицей-алкоголиком на свою голову!
Ну ладно, теперь надо бы отмазать Захарыча, а то батя его и правда может уволить в горячке.
