Но эта чёртова доска не поддавалась. — Да чтоб тебя, ссука! Ссука!
Он посмотрел на время.
Ему позвонил следователь и сказал, что подъедет через полчаса. Якобы у него есть несколько вопросов.
Что он хотел? Может, его заподозрили в чём-то?
А ему есть отчего тревожиться.
Полчаса назад в новостях центрального канала он увидел Жирнова… Он под камерами признался в совершении похищения дочери Апраксина.
И если авторитета раскололи — то Павел в полной заднице! К тому же ему не заплатят обещанного. Ещё и поэтому он очень сильно нервничал.
Пока стажёр, пришедший на место арестованного Толика, ходил по территории, надо валить. Это шанс скрыться.
Павел вытащил из ящика стола отвёртку и подскочил к тайнику, поддел доску в полу.
Вот они родимые. Его денежки. Он провёл большим пальцем по купюрам. Три тугие пачки деньжищ! Каждая — это его зарплата. А платили ему очень неплохо. Очень.
Павел оставил деньги на столе, на всякий случай закрыв их газетой. Кинулся в сторону раздевалки. Быстро сбросил с себя спецодежду и облачился в штатское.
Всё! Так, что у нас со временем? Ещё пять минут до прихода следователя. Отлично, успеет убежать.
Но вдруг Павел услышал шлепок. Будто что-то упало на пол. Вернувшись в дежурную комнату, он увидел на столе всего две пачки денег.
Что за нах⁈
И увидел чёрное пятно, мелькнувшее на полу.
— Ого! А как же так? — он буквально остолбенел, протёр глаза и его даже начало немного трясти.
То, что он увидел… Это же просто галлюцинация, верно⁈ Или нет?
* * *Детская площадка ясельной группы элитного детского сада «Сказка», чуть ранее.
То, что тот самый худощавый охранник причастен к похищению Юленьки, я понял совсем недавно.
Мы только вышли на прогулку, и я увидел этого невротика. Он отправлял своего напарника на обход, а сам оглядывался и всё посматривал на запястье.
— Смотлит на влемя, — зловеще прошептал Мишка, тоже наблюдающий за этим странным типком.
— Поицейский долзен сколо плийти, — ответил я, начиная догадываться, что происходит. — Он хосет убезать.
— Ого, — округлил глаза Мишка. — Он похитил Аплаксину⁈
— Посмолим, — нахмурился я и вызвал змейку.
— Серёжа, Миша, ну чего вы так далеко отошли? — подошла к нам беспокойная Лена. После недавних событий воспитательницы держали нас в кучке.
Мне напомнило это пастухов, которые собирают в одно стадо овечек, побаиваясь нападения опасных хищников. И я улыбнулся удачному сравнению.
— Сяс, мы собиаем камески, — я поднял какой-то плоский камень, валяющийся сбоку площадки.
