Шелковые слова

После чего она взяла сумку и они вместе вышли из класса и пошли по опустевшему коридору, пропахшему мелом, мастикой и рождественскими леденцами.

Выйдя на улицу, она направилась к автостоянке. Рядом с ее потрепанной малолитражкой соседствовал блестящий коричневый «Кадиллак». Нетрудно было догадаться, кому он принадлежит.

— Мистер Сарджент, я вам ничего не должна. Никаких объяснений. Ровным счетом ничего. Вы зря потратили время, приехав сюда, и я буду вам очень признательна, если вы оставите меня в покое. — Произнося эту блестящую финальную тираду, она отпирала дверцу машины.

Теперь же с ледяным снисхождением взглянула на него в упор.

— До встречи у тебя дома. — И, легонько чмокнув Лейни в холодную щеку, обогнул ее машину и подошел к собственной. Распахнул дверцу, но, прежде чем забраться внутрь, обронил:

— Кстати, Лейни, не трудись от меня отрываться.

Я знаю, где ты живешь.

Чертыхнувшись, она с силой захлопнула дверцу, прокляла замерзший двигатель — чтобы завести его, потребовалась уйма времени, а по соседству между тем жизнерадостно урчал мотор «Кадиллака», — обругала школьный автобус, позади которого застряла на светофоре, и все это время кляла на чем свет стоит этого внезапно появившегося мужчину, который вознамерился разрушить всю ее жизнь.

Следом за ней он свернул на подъездную аллею, но каким-то образом умудрился первым очутиться на крыльце. Лейни с ужасом наблюдала, как он достал из кармана ключ и отпер дверь.

— Где вы взяли ключ?

— Заходи же, Лейни. Ведь холодно.

— Отвечайте! Откуда у вас ключ от моего дома? И будь я проклята, если войду в этот дом вместе с вами!

Устало вздохнув, он спустился по ступенькам обратно к ней.

— Чувствую, назревает спектакль. Тебе обязательно устраивать его прямо здесь? «Школьная учительница на лужайке перед собственным домом подверглась нападению со стороны душевнобольного жителя Нью-Йорка». Такие заголовки ты хочешь прочесть в завтрашних газетах? Или же все-таки будешь вести себя разумно и вместе со своим благородным гневом зайдешь в эту чертову дверь, пока я не внес тебя туда на руках?

Он своего добился.

Она покорно побрела следом за ним, но, едва переступив порог, замерла как вкопанная. Посреди гостиной стояли два чемодана. На медной вешалке для одежды висел непромокаемый плащ. У торца кушетки стояла прислоненная теннисная ракетка. На журнальном столике лежал кейс.

Дрожа от ярости, она медленно повернулась к нему:

— Соберите свои вещи и немедленно покиньте мой дом.

— Мой дом.