Шелковые слова

Но тогда казалось необходимым, а возможно, я просто пытался найти предлог, чтобы до тебя дотронуться. — Голос его снизился на полтона. — Я расстегнул твою блузку.

— Помню, — с трудом выдавила Лейни.

— Ладонь моя случайно скользнула по твоей груди. Я едва коснулся тебя. Это длилось не дольше удара сердца. Но я услышал, как ты вздохнула, а потом дыхание твое на миг прервалось. То был самый сексуальный, самый возбуждающий звук, который я слышал в своей жизни. Именно тогда я впервые почувствовал влечение к тебе.

Она смотрела на него широко раскрытыми глазами.

— Я даже не подозревала… Клянусь, когда ты принес меня в свою квартиру, я едва отдавала себе отчет в происходящем. Даже не представляла…

— Лейни, — перебил Дик, дотрагиваясь до ее щеки, — тебе незачем защищаться. Соблазнителем был я, а не ты. Я понимал, что ты не вполне сознаешь, что происходит. Но это все равно происходило. — Он вытащил шпильки, удерживавшие ее волосы, и густые локоны рассыпались, подобно солнечным лучам, прямо ему на ладони.

 — А когда ты разделась, со мной едва не случился сердечный приступ.

Она смущенно потупилась.

— Почему я это сделала?

— Наверное, твое подсознание молило тебя сделаться доступной для любви. Ведь прежде тебя не любили. Ты хотела, чтобы кто-нибудь посмотрел на тебя и обнаружил, какая ты желанная. А уж какая ты была желанная… — хрипло бормотал Дик, прижавшись губами к ее щеке. — Я благодарю Господа за то, что ты выбрала меня для посвящения в эту тайну.

Мне так хотелось коснуться тебя, прижать тебя к себе. Ты была такая приятная на вкус. Ты ведь больше не винишь меня за ту ночь, правда? Ты помнишь, что я предлагал остановиться?

— Да. — Признание это вырвалось тихим стоном, когда Дик губами прикоснулся к уголку ее губ'.

— Но, честно говоря, Лейни, я не знаю, смог бы я остановиться или нет. Когда наши тела были так близко, когда я уже узнал вкус твоих губ, ласкал твои груди, думаю, что мне было бы не под силу остановиться.

Я просто был обречен овладеть тобой.

— Я хотела, чтобы ты занялся со мной любовью.

— Ах, Лейни. — Он прижался к ней лбом. Крепко зажмурился. Лейни чувствовала его дыхание на своем лице. — Я просто чертовски рад, что ты все-таки это сказала.

Оба они понимали, чего ей стоило это признание. Тогда, в Нью-Йорке, она чувствовала к нему влечение и нуждалась в нем, тянулась к нему. Возможно, она вновь ощутит эту потребность и влечение сейчас и в будущем.