Шепчущий череп

Его пиджак был небрежно наброшен на рыцарские латы, подаренные нам месяц назад одним из наших клиентов. В углу примостился Джордж с большим раскрытым блокнотом в черном кожаном переплете – в нем он серебряным пером начинал писать свой отчет о Пропавшем зеркале. Перед Джорджем на столе лежала большая пачка газетных вырезок и стояла банка с клеем.

– Очень много хвалебных отзывов о нас, – сказал Джордж. – Не сравнить с тем, что писали после дела об Уимблдонских Рейзах.

– Отличное интервью, Локвуд, – сказала я, откладывая в сторону «Таймс».

 – Хотя я не уверена, что Киппс сделал так много, чтобы называть его твоим «помощником».

– Мне тоже кажется, что это несколько чересчур, – поморщился Локвуд. – Но нельзя же было вообще не упомянуть о нем.

– Как я заметила, ты вообще не упомянул об одной вещи – о зеркале, – заметила я. – Ты говоришь о Бикерстафе, но только в связи с его призраком в железном гробу. И ни слова о костяном стекле или о том, что на самом деле замышлял Джоплин.

– За это можешь сказать спасибо Барнсу, – сказал Локвуд, кладя себе на тарелку одну из огромных шоколадных лепешек, которые напек сегодня утром Джордж.

Последние три дня Джордж постоянно готовил наши любимые лакомства, словно желая таким образом еще и еще раз извиниться перед нами. По большому счету, просить прощения ему было совершенно не за что, но мы с Локвудом не спешили говорить ему об этом. Пусть повозится немного у плиты. – Барнс совершенно недвусмысленно запретил мне рассказывать о зеркале, – продолжил Локвуд. – И о том, на что оно могло быть способно, разумеется, тоже. Так что в центре внимания оказался черный рынок артефактов – Винкман и все такое прочее. Сама знаешь. А Джоплина решено было изобразить не более чем свихнувшимся чудаком. – Локвуд задумчиво пожевал лепешку и добавил: – А он, как мне кажется, именно таким и был.

– «Привязанность к прошлому повредила его рассудок», – на память процитировала я газетное интервью. – То же самое много лет назад произошло и с Бикерстафом.

– Да, такое всегда случается с людьми, которые становятся слишком любопытными.

 – Локвуд покосился на Джорджа, который старательно вклеивал какую-то вырезку в свой блокнот. – Разумеется, в данном случае происходило нечто совершенно необычное. Зеркало обладало способностью с невероятной силой притягивать к себе любого, кто глядел в него. То же самое умел делать призрак Бикерстафа. Слабовольные, любопытные и увлекающиеся мистикой люди, такие, каким был Джоплин, легко при этом сходили с ума.