Шерхан

— Да-да, мужчин надо кормить, особенно таких, как наш Ярослав! Такой славный мальчик! Семью надо да осесть в городе, а не мотаться по вахтам этим, всех денег все равно не заработаешь! Деток надо, сразу погодок, чтоб разница была небольшой, им потом вдвоем будет веселее играться!

— Вы абсолютно правы! — мне повезло, что старушка шла домой. Мы вместе зашли в подъезд. Вместе подождали лифт, на своем этаже Анна Петровна вышла, а я уже нетерпеливо переступала с ноги на ногу.

Перед дверью замираю, пытаюсь понять, какую линию поведения выбрать, но хочется ревниво ворваться в квартиру и обежать все комнаты в поисках соперницы.

— Лера? — Яр стоит в одном полотенце, мои бесы вновь пустились в пляс, разжигали огонь ярости вперемешку с ревностью. Гремучая смесь.

Жадно слежу за капелькой воды, которая медленно сползала с ключицы, томно медленно скользила до кубиков рельефного пресса, а потом задорно спряталась за краями полотенца.

Поднимаю глаза на лицо Ярослава. Он смотрит прищурено, не поджимает губы, но и не улыбается. На щеках щетина, модная такая, о которую хочется потереться, ощутить покалывание на коже. Мокрые волосы были всего лишь зачесаны назад рукой.

В горле сухо. Слюны нет. Они просто пересохли от волнения. Я сплошной комок нервов, заряженный до такой степени, что могу причинить вред, если не соблюдать правила безопасности.

— Ты один? — на мой вопрос Ярослав вскинул брови, сделал шаг назад и скрестил руки на груди.

— Проверяй!

Нет, я не мчусь в квартиру фурией, не ищу под кроватью любовницу, я просто переступаю порог квартиры, закрываю за собою дверь, сразу же прижимаюсь к нему всем телом. Его руки моментально стиснули мою талию.

От него исходит запах цитруса, ладони сразу становятся влажными от его мокрой кожи. Чуть-чуть приподнимаюсь на носочки, приоткрываю губы, дышу на его губы, борясь со жгучим желанием его поцеловать.

— Ревнивая значит? — усмехается, глаза темнею от желания, нижняя часть тела наглядно демонстрирует его отношение ко мне.

Ярослав целует. Сначала просто прижимается губами к моим губам, поднимает свои руки с талии вверх по спине, гладит. Облизнул языком верхнюю губу, тут же всосал нижнюю, прикусив до судорожно вздоха.

Его руки уже сместились со спины на плечи, стянул лямки, пощадил мой рот, переключился на шею, вырисовывая языком невиданные узоры.