Шерхан

Кусает, я вздрагиваю, как от мощнейшего электрического разряда, хватаюсь за его руки, мешая ему стаскивать с меня платье. Не потому что не хочу оказаться под ним, на нем, а потому что ноги внезапно потеряли устойчивость.

Ему все же удается освободить мое тело от одежды, одной рукой обнимает за талию, подсаживает меня на свои бедра, второй рукой придерживает мою попу. Платье сиротливо валяется на полу. Идет в спальню.

— Лера… — грубовато кидает меня на кровать, нависает, как грозовая туча, смотрит тяжелым взглядом.

— Ты как всегда вплетаешь литературу! — шучу, хватаюсь за полотенце и дергаю узел. Глаза замирают на его возбужденном члене. Он просто большой. Огромный. Теперь понимаю, почему мне было так больно, некомфортно в первый раз. Я просто оказалась для него маловата.

— Я хочу его! — поднимаю глаза на Ярослава, он выпрямляется, позволяет мне сесть на кровати. Встает, отшвырнув в сторону полотенце. Его член напротив моего лица, зачарованно его рассматриваю, осторожно касаюсь кончиками пальцев нежной кожи, ощущая, как дрогнул от этого прикосновения.

Медленно вбираю член в рот. Сосу, поднимая на мужчину глаза, млея от его напряженного лица. Он звереет, он становится похожим на животного, человеческие черты медленно уходили, отступали. При этом он сдерживал себя, держал свои порыв в тисках, не позволял своей похоти руководить им, дабы не испугать меня. В его ладонях мои волосы, иногда он надавливает на голову, продвигаясь у меня во рту чуть дальше, чем я заглатывала, но не заставлял полностью себя принять.

В голове зудят слова сестры о том, что он за ночь может оттрахать двоих, заводят меня не на шутку. Чувствую, как между ног у меня все горит и влажно. Я ревную его к бывшим партнершам, я схожу с ума от едкой ревности, которая сжигает меня изнутри, как серная кислота.

— Ты когда-нибудь пробовал втроем? — дышу прерывисто, Ярослав наматывает мои волосы на кулак, заставляя откидывать голову назад.

"— Ты хочешь попробовать секс втроем? И не будешь ревновать, когда я засуну свой член в другую девку? — нагибается к моему лицу. Его дыхание горячее, от этого дыхания у меня тело покрывается мелкими мурашками. Мне не холодно, мне дико чего-то хочется, а название этому «чего-то» не могу подобрать. — Между нами никогда не будет третьего или третьей.