Шерлок Холмс и крест короля

Он держал за руку растрепанную девчонку лет четырнадцати или пятнадцати — очень худую, бледную и испуганную. Одежда Холмса покрылась пылью, на лице чернели полоски сажи.

— Это Анна, — сказал он успокоительным тоном. — Девушка неважно говорит по-английски, но она не анархистка. Когда будете обыскивать такие помещения в следующий раз, инспектор, не забудьте, что обычно на верхних этажах расположены мастерские, где за гроши сутками напролет трудятся женщины и дети. По окончании рабочей смены некоторые из них тайком устраиваются на ночлег тут же, чтобы не спать под мостами, в подворотнях или на рыночных площадях.

Эти несчастные умеют скрываться от обысков.

Ничего не ответив, полисмен приказал своим людям построиться и приготовиться к атаке здания с черного хода. Холмс смерил холодным взглядом охотничьи винтовки полицейских.

— Анархисты изрешетят вас из маузеров. В ответ на каждую вашу пулю они выпустят двадцать или тридцать. Впрочем, оружие сейчас не играет большой роли, потому что вы опоздали — дом в огне.

Газовые трубы пробиты выстрелами. Даже если вам не устроят засаду на лестнице, вы все равно не войдете в комнату. Там заперлись люди, готовые сражаться до конца. Их осталось только двое, и они выбрали, как хотят умереть. Лучше им не мешать.

Пламя уже лизало края деревянных ступеней. О штурме больше никто не заговаривал. Как нам сообщили, толпа видела одного из мятежников: он показался за стеклянной дверью фасада, позади него бушевал огонь. Выстрел из винтовки отбросил анархиста назад, мертвого или смертельно раненного.

Новая вспышка осветила его товарища, лежащего на постели лицом вниз. Очевидно, он был убит.

Пули перестали вылетать из окон горящего дома задолго до того, как подоспела конная артиллерия. Когда мы с Холмсом и спасенной девочкой вышли на Сидней-стрит, обе стороны уже прекратили стрельбу. Следом за артиллерийским орудием прибыла пожарная машина. Деревянные балки чердака рассыпались тлеющими углями, стены рушились, проваливаясь на нижний этаж, где до недавних пор скрывались анархисты.

Едва ли внутри могли оставаться живые люди.

Гвардейцы дали несколько залпов по передней двери и окнам первого этажа. Им не ответили. Сочившийся газ усилил возгорание, и дом превратился в ревущий столб пламени. Солдаты не покидали своих позиций: с колена целясь в дверной проем, они готовились немедленно возобновить стрельбу при виде беглеца. Но бежать было некому. Когда рухнули перекрытия, отряд построился для отступления.