Шерлок Холмс и крест короля

Как ни удивительно, в их число входит небольшая коллекция рукописей и раритетных литературных изданий, оставшаяся на Бейкер-стрит после расследования 1890 года. По своей ценности она не уступит сокровищам, за право обладания которыми состоятельные собиратели вроде Джона Пирпонта Моргана сражаются в аукционных залах всего мира с Бодлианской библиотекой Оксфордского университета и Британским музеем.

До сегодняшнего дня многие жемчужины наследия Холмса были неизвестны в кругу писателей и ученых. Среди таких редкостей — рукопись утраченного произведения лорда Байрона «Дон Жуан в Новом Свете».

Между строк поэмы угадывается желание великого романтика обрести дом в стране Томаса Джефферсона. В этом славном ряду не последнее место занимает и «Венецианская монахиня: готическая повесть», созданная в 1820 году Уильямом Бекфордом, одним из богатейших оригиналов своего времени, ценителем искусства, строителем Фонтхиллского аббатства, теперь почти полностью разрушенного. Кроме того, коллекция рукописей включает написанное от лица знаменитого флорентийского еретика «Воззвание Савонаролы к синьории» — поэтический монолог, принадлежащий, очевидно, перу Роберта Браунинга и не вошедший в сборник «Мужчины и женщины» 1855 года.

Судьба распорядилась так, что полвека спустя это сокровище оказалось в кармане умершего шантажиста.

Расследование этого дела началось через десяток с лишним лет со дня моей первой встречи с Шерлоком Холмсом. Был вечер 24 апреля 1890 года. К нам заглянул инспектор Лестрейд, который по стародавней привычке наносил нам визит каждую неделю, чтобы выпить стаканчик-другой односолодового виски и обсудить последние новости криминального мира.

Во время беседы наш друг из Скотленд-Ярда упомянул о том, что в Челси на дне канавы найден умирающий мужчина в клетчатом пальто, известный полиции как Огастес Хауэлл. Мне не было знакомо это имя. Подозревали, будто время от времени он угрожает людям, требуя у них деньги, однако никаких доказательств до сих пор не имелось.

Незадолго до того, как Лестрейд покинул контору и направился к нам, ему сообщили о смерти Хауэлла. Канава, где его обнаружили с перерезанным горлом, находилась близ питейного заведения на Киннертон-стрит. Во рту у раненого была зажата золотая монета достоинством в полсоверена. Через несколько лет, при расследовании дела об «Алом кольце», я узнал, что в неаполитанских преступных кругах именно так расплачиваются с шантажистами и доносчиками.