- Нет, ну вы видали, ему тут «невеста» чуть ли не отворот поворот дала, на разбор полётов вызывает, а он идёт такой весь уверенный, будто даже не сомневается в своём успехе. –
внутренне булькнула я, пока спускались в сад.
Но внутренне где-то всё же восхитилась вот этим его нерушимым самообладанием и вспомнила, что мне оно как раз тоже не помешает.
- Господин барон, самое первое, что мне хотелось бы сделать – поблагодарить вас за моё спасение. – заговорила я, когда мы отошли подальше и уселись на открытой лавке – так, чтобы оказаться в поле свободного обзора для наших домашних наблюдателей.
Обещала же. – Вы –
очень смелый человек, которому я обязана жизнью, и никогда этого не забуду.
- Вы ничем мне не обязаны, мадам Корин. Я, как любой нормальный мужчина, не мог поступить иначе.
- И теперь ваше благородство сыграло с вами злую шутку и вынуждает вступить в этот…
непредвиденный брак?
- Если вы сейчас спрашиваете о моих внутренних побуждениях, то нет. Я всё равно бы сделал вам предложение.
А что касается светских условностей, то они скорее избавили меня от мук совести. – замысловато сообщил Андрэ и продолжил:
- Я полагаю, что должен объясниться.
- Хотелось бы. – молча кивнула в ответ.
- Корин, насколько я успел вас разгадать и понять, если сейчас просто скажу, что вы красивы, порядочны, образованны и необыкновенно умны, вас это скорее огорчит, чем обрадует. Верно?
- Верно. - вынужденно согласилась на столь неожиданное откровение, - Это немало, даже достаточно для крепкого, разумного брака.
Однако, в таком человеке, как вы, барон, подобные качества могут вызвать уважение, но не сердечные чувства. И если их нет, то не стоит ничего придумывать в угоду моему самолюбию и девичьим мечтам.
- Есть. – мягко перебил меня собеседник, - Мне не придётся ничего выдумывать. Корин, вы
– удивительная женщина. Удивительная. С огромным сердцем и щедрой душой. Меня восхищает ваша страсть к жизни. Вокруг вас всё словно расцветает. Тому причиной - ваша деятельная и на редкость цельная натура.
Ваши проницательность, находчивость, неукротимый оптимизм и лёгкий нрав. Но ещё больше меня покоряют ваши решимость и отвага.
- Андрэ, вы сейчас мне просто льстите, играете на струнах моего прожорливого тщеславия.
– рассмеялась я, - О какой такой отваге можно говорить? Вообще-то, это вы вынесли меня из огня, никак не наоборот. Да и нрав у меня так себе для приличной доброму человеку, покладистой жены.
