Те самые баронства. Если вот так разбрасываться благополучием успешных хозяйств –
налогоплательщиков и производителей государственных благ, столицам кушать нечего станет.
В общем, отпустили Андрэ в отчий дом, но, естественно, под суровые расписки со строгим запретом не только разглашать известные ему сведения, но даже в принципе раскрывать кому-либо информацию о роде своей предыдущей деятельности. Так он и поступил.
Однако, влиятельный граф, наш знакомец с широкими связями, каким-то образом умудрился пронюхать про эту часть биографии неприметного барона.
Может кто из того же влиятельного ведомства и шепнул по дружбе, предупредил, что человек непростой в провинцию едет, держи, мол, ухо востро. Вот и счёл этот продуманный сноб необходимым любезно свести с Андрэ знакомство. Ну мало ли чего, на всякий случай. Там ведь «бывших» не бывает. Человек-то полезным может оказаться. А что с гонором, так на то и «зажмуриться»
можно.
Как-то так.
За годы службы Андрэ насмотрелся столько человеческой подлости, им же и открытой, столько тщательно маскируемых людьми пороков и душевной грязи, что научился вычислять всю эту безобразность одним беглым взглядом.
От того и признался в тот раз, что с большим удовольствием предпочёл бы уехать и жить на краю света, где меньше двуногих и больше, грубо говоря, кислорода.
И то верно. Когда подобные навыки перестают приносить пользу, они начинают отравлять жизнь. Зачем тебе, к примеру, знать, что некая госпожа Мадлен, которая мило и благонравно жмётся к руке своего супруга, беседующего с неким господином Леоном, пошло наставляет мужу рога? Как раз с тем самым Леоном, что просто лучится симпатией в лицо несчастного рогоносца.
Незачем. Ты просто это видишь. Профдеформация называется. Читаешь по жестам, оговоркам, маленьким мимолётным нюансам. И от того становится гадко.
Ну вот, теперь я в полной мере осознала, с кем проведу остаток жизни. Конечно, для меня разговор с Андрэ прозвучал не так, как я сейчас его вольно передала.
Но не надо иметь семи пядей во лбу чтобы верно домыслить недосказанное. Непростой мне муж достался, ой непростой. Зато надёжный. С таким не страшно.
Ладно, довольно об этом. Дальше для всех насупила пора практических дел.
Организацией вечеринки по случаю нашей помолвки озаботились Ральф и Кларисс. Рози снова прикинулась бледной немочью и от этого вопроса самоустранилась. Все всё понимали и были довольны таким положением.
