Одно слово: энтузиаст-практик от науки.
Двое других были заявлены в сопроводительном письме, как помощники профессора.
Месье Лоран – светлоокий, светловолосый, подчёркнуто воспитанный педант. Впрочем, совершенно безобидный и добросердечный. Было приятно и забавно наблюдать, как молодой человек опекал своего патрона, удерживая того от стремительных действий и деликатно, но настойчиво напоминая тому о необходимости беречь такую гениальную голову от чрезмерных нагрузок.
Второй помощник оказался общительным шатеном с яркой внешностью и, кажется, некоторой склонностью к нарциссизму.
Одет с иголочки, причёска даже с дороги в порядке, руки ухоженные и представился, по полной выкладке приложившись к моей ручке, ни больше ни меньше, а Марк – Антуан Бошемен. Значительно так, будто королевскую фамилию назвал.
Приезжую учёную компанию заселили в дом бывшего старосты и обеспечили необходимой прислугой из деревенских. За сим бы, в идеале, и удовлетвориться проделанной работой. Но нет, миссия на том вовсе не завершилась.
Это мы с Андрэ общались с местными, хоть и в рамках, но довольно свободно. Столичные персоны, кажется, пока были не настроены на столь демократичное поведение. Потому мне, как практически единственной представительнице дамского высокого общества в нашей глуши, было положено скрашивать гостям какой-никакой досуг в нерабочее время.
Ну, скрашивать, так скрашивать. Куда деваться от законов гостеприимства. Благо, что профессор Жевиль не слишком злоупотреблял свободными минутами хозяев.
Он, как и мы, был постоянно чем-то занят и гостевал у нас исключительно в рамках необходимого этикета.
Впрочем, не могу сказать, что его общество было нам в тягость. Очень интересный собеседник, но как-то просто не ко времени. В других обстоятельствах я бы с удовольствием углубила знакомство с этим разносторонним человеком.
Белобрысый Лоран всюду следовал за своим шефом, но вёл себя столь деликатно, что его присутствие практически не ощущалось.
Зато третий, который Марк, пользовался положением гостя на полную катушку.
Блистая остроумием, молодой мужчина непременно стремился занять место центральной фигуры любого совместного вечера. Вроде бы ничего такого уж предосудительного. Но я замечала, как хмурил брови и укоризненно поджимал губы Лоран на такую жажду выделиться своего напарника. Мы бы с Андрэ тоже поморщились. Только добрым хозяевам не положено слишком явно выражать недовольство. Марка – Антуана Бошемена было о-очень много.
