Я всё думала, что это перед большими переменами в нём то ли тоска, то ли неуверенность потягивает. Оказалось, нет, и вправду пошаливает. У кардиолога, пока санаторную карту оформляла, выяснилось. Верочка как раз на завтра большое обследование назначила.
Во-от, подлечимся, ну а там, даст бог, всё наладится, и наступит моя новая жизнь.
*Из истории одного завхоза.
2
Утром проснулась со страшной головной болью, жаром и раздувшейся изнутри грудиной.
Последний раз подобные симптомы испытывала, когда жестоко болела гриппом с полгода назад.
- Да где только успела эту гадость снова подцепить? А главное, когда? – кутая трясущееся в ознобе тело, подумала я.
То, что одеяло, в которое зарылась с головой совсем не санаторное, а какое-то колючее и заметно отдаёт старой овчиной, сообразила не сразу. Точнее, нос-то учуял, а до сознания эта мысль добиралась долго. Попыталась открыть глаза, но они слезились так, что почти ничего разглядеть не удалось.
В мутном плавающем пространстве обозначилось угрюмо-серое помещение.
Поясница застонала, намекая, что устала долго лежать на жутко твёрдой поверхности, и мозг тут же подсказал: всё это бредовый сон. Ну а что ещё? Я же точно помнила, где спать ложилась.
- А может это морг? – вспыхнула в голове дикая мысль.
На самом деле, этот иррациональный страх не то, чтобы донимал всю жизнь, но откуда-то завёлся и периодически о себе напоминал. Я про то, чтобы очнуться в морге или ещё чего хуже
– по ту сторону травы. Мне кажется, смерти не так боялась, как подобной ситуации.
Нет уж, будьте любезны, померла, так померла.
Однако, судя по отвратительным ощущениям, ничего такого со мной не произошло. И
комната при более внимательном рассмотрении перестала походить на «холодную». Ну да, не жарко, темно и сыро. Но лежала я всё-таки на кровати, не на прозекторском столе, это точно. Да и усопших, вроде, одеялами никто не накрывает. Белая простыночка, и все удобства.
Покойники не мёрзнут, не потеют.
А я вот как раз отчаянно мёрзла. Но всё равно, в поисках последнего аргумента потянула шерстяное грубое покрывало на себя, чтобы заголить ногу.
Одну, другую… В сумрачном освещении сложно было рассмотреть что-либо чётко, но вроде… нет. Для верности дотянулась до ступней рукой. Бирки на пальце не висело.
- Фу-ух, приснится же такое! – выдохнула с просто, таки, неимоверным облегчением."
"Вообще-то не припомню, чтобы когда-нибудь видела кошмары. Чего там кошмары, самые обычные сны посещали меня крайне редко.
