"
"– Мы отказали выгодному клиенту, – продолжала стенать Сперанская, – помчались по первому зову, и что? Вы обязаны оплатить наш выезд!
– Но я не просила вас об этой услуге! – воскликнула экономка. – Уверена, что Иван Гаврилович тоже. Не хочется никого обижать, но господин Стебунков никогда не прибегает к помощи психологов, он привык сам справляться с проблемами. И, уж извините, я не могу представить, что хозяин наденет амулет – он не падок на такие штуки. Впрочем, для общего успокоения могу спросить младшую прислугу.
Алена!
В холл вышла девушка в форме горничной.
– Слушаю, Виктория Николаевна, – подобострастно произнесла она.
– Ты не знаешь, не звонил ли Иван Гаврилович психологу… э…
– Вадим Иванович Сперанский, – живо представился фэншуист. – Моя супруга и она же правая рука Нина Георгиевна.
Мне оставалось лишь глупо улыбаться – мое имя назвать Вадим не пожелал.
– Кому? – чуть испуганно поинтересовалась прислуга.
– Ему, – с легким раздражением пояснила экономка, – Вадиму Ивановичу Сперанскому, психологу.
Алена, проснись! Хозяин при тебе не назначал встречу с человеком, делающим амулеты?
Девушка моргнула, сглотнула слюну и пробормотала:
– Не знаю. Я не подслушиваю никогда. Виктория Николаевна, я стараюсь не мешать господину Стебункову. Я всего лишь горничная, мне ничего серьезного не поручают. Важными делами вы заведуете. Простите, если что не так сказала. – Алена сделала книксен и спросила: – Прикажете подать гостям воды?
– Исчезни! – велела экономка. – Вот уж правду говорят: можно вывезти девушку из деревни, но деревню из девушки не вывести.
Учу, учу тебя, а где толк?
Горничная быстро исчезла. Виктория Николаевна с неодобрением посмотрела ей вслед.
– Наняла девчонку по рекомендации нашей прежней служанки, очень хорошей женщины. Подумала, раз Ирина Алену советует, значит, та ей под стать. Ан нет! Молодежь пошла косорукая и ленивая, не найти среди них хорошую прислугу.
Нина поджала губы, а Вадим кивнул.
– Понятно. Мы вычислим глупого шутника и непременно разберемся с ним.
Но дорога к вам заняла немало времени, разрешите мне зайти в туалет?
– Пожалуйста, – вежливо сказала экономка. – Вот сюда, налево.
Вадик исчез за черной лакированной дверью, а я испытала глубочайшее удивление: Сперанский пошел в чужой сортир? Невероятно!
И тут в холле вновь возникла Алена с подносом, на котором стояли открытая бутылка с надписью «Горная капля»[3] и большой хрустальный стакан, наполненный до краев.
