– За мной сатана пришел! Сидит, глаза выпучил! Сеня!
– Мама, тут черти скачут! – кричал сын. – Их много!
– Дашенька, отзовитесь, – ныл Феликс Жанович. – Что случилось?
– Ничего, – быстро сказала я. – У меня день рождения, карнавал. Гости нарядились в костюмы и пугают друг друга. Перезвоните, пожалуйста, позднее, меня зовут свечи на торте задувать.
Бросив на стол трубку, я перепрыгнула через облепленного жуками Семена, ринулась в комнату и увидела Галю: на груди у нее сидела моя лягушечка.
– Сам Фауст пришел, – неожиданно заявила она, – сатана.
Стоило удивиться тому, что малограмотная деревенская женщина знает произведение великого немца, но мне было не до того. Я схватила «сатану» и попыталась образумить пьяницу.
– Фауст у Гете был ученым, он не состоял в родстве с Люцифером, на вас запрыгнула простая лягушка, а не черт с рогами. Замолчите, пока соседи не вызвали полицию.
Галина судорожно закашлялась. Я вернулась на кухню, наклонилась над причитающим Сеней и строго сказала:
– Хватит дурить! Ты что, никогда не видел колорадских жуков?
Он затих, потом сел.
– А почему у них рога?
– Тебе они привиделись от страха, – буркнула я, хватая за хвост Петяшу, который явно собирался слопать всех разбегающихся жуков. – Иди умойся и посиди с Галей, я пока тут уберу. Собака, остановись, ты отравишься!
Семен поднялся на ноги, я отпустила пса, сунула лягушку в кастрюлю и поставила ее на стол. Кажется, неприятность купирована, надо смести огородных вредителей на совок и выкинуть.
Больше никогда не куплю пресловутую живятину, лучше покормлю лягушечку сырой говядиной. И вообще, ее надо вернуть в родной ареал обитания, проще говоря – отвезти в лес.
Сеня сделал шаг к двери. Петяша увидел парочку насекомых, резво семенивших в сторону коридора, и кинулся за убегающей добычей. Чтобы не упустить лакомое блюдо, умный песик решил сократить путь, попытался прошмыгнуть между ног хозяина. Тот споткнулся о Петяшу и с воплем «а-а!..» опять рухнул на пол.
Причем снова свалил рукой кастрюлю и заорал:
– Мама!
– Дьявол! Дьявол! Дьявол! – тут же откликнулась Галина. – Сидит, глаза пучит! Фауст с топором!"
"И тут опять ожил телефон, на сей раз мобильный. Не посмотрев на дисплей, я схватила трубку и, стараясь не раздражаться, произнесла:
– Феликс Жанович, извините, но я сейчас крайне занята. Соединюсь с вами завтра…
– Вас беспокоят из воровского отделения полиции, – перебил меня низкий незнакомый голос.
