Ярко-желтый поясок подчеркивал еще тонкую талию. Со спины к ней часто подкатывали незнакомые мужчины и столбенели, обнаружив лицо с возрастной сеточкой морщин и ироничную улыбку.
Алекс часто говорил, что достаточно посмотреть на мою ба, чтобы не переживать, какой станет моя внешность через много лет.
— Возможно, и не только друзья скоро будем, — намекающе поправил меня Алекс, чья бесцеремонность иногда оказывалась чрезмерной.
— Это как?
Бабушка, подталкивая, отправила нас на кухню, а сама схватила сумку — точно отправится что-нибудь докупать мясного для Алекса.
— Мы с Евой подумываем встречаться.
— Глупость.
— Серьезно.
— Вы же дети совсем, — она остановилась в двери, глядя как мы бросаемся к миске с пирожками, хихикая и шлепая друг друга по рукам.
Алекс захохотал. Бархатным рокочущим смехом, с небольшим горловым моторчиком, который могут издать только кошки.
И кажется ба впервые увидела, что в нашей крошечной квартирке находится молодой мужчина. Она моргнула, покачала головой, так что блестящие пряди заплясали по плечам.
— Пройдет. Узнает твой папаша и все быстро пройдет. Вы лучше пока воду на плиту поставьте, а я к соседке за фаршем сбегаю и пирог с мясом для нашего «жениха» сопливого поставлю.
— Не принимает меня всерьез, не верит, — заметил парень, хмурясь ей вслед.
— Я и сама пока не верю.
Мясного и правда ничего не было, зато какие пирожки с яблоками я нашла под салфеткой в миске на столе!
— Значит, нам надо больше тренироваться, — промурлыкал Алекс, обнимая меня за талию и отвлекая от почти надкушенной сдобы.
— Ты чего?
— Целуемся! Поворачивай лицо.
— Да отстань от меня, я голодная.
— Для тебя еда важнее поцелуев?
— Ты даже не представляешь насколько! — пробубнила я, укусив румяный бочок и чуть не застонав от удовольствия. — О да, это намного круче!
Соскучилась я по домашней еде. И посмотрю на него, когда будет готов наш фирменный мясной пирог. Да оборотень с места не сдвинется, пока полностью не съест и не соберет крошки. Маленький Алекс даже в карман кусок как-то запихнул, когда так наелся, что дышал с трудом, а вкуснятина в тарелке еще осталась.
Я хлопнула его по руке, подтягивающей меня неприлично близко. Перед бабушкой было неудобно, да и сама ситуация пока казалась несуразной, будто мне на обычную семейную вечеринку вдруг вздумалось прийти в карнавальном костюме. Вроде присутствующие — все свои и простят любой вид, но ощущения — дурацкие.
— А ты сравни, — упорствовал Алекс.
