О том, как встретил товарища по столичному университету, посидел с ним в баре, посплетничал о сокурсниках, кто-где и вообще отлично провел время. Друг детства был весел, явно рад меня видеть, но отчего-то вел себя нервно. Я видела, как он искоса бросает в меня быстрые взгляды, словно хочет что-то сказать и не решается.
Считывать эмоции близкого человека — это как без приглашения залезать в душу. Мы еще детьми договорились, что Алекса я «не читаю». Поэтому я кивала, рассеянно улыбалась и надеялась, что импульсивный друг долго скрывать свои мысли не будет, а решится и расскажет, что его томит.
Так и вышло.
— Ева… После нашей переписки…
— Какой?
— Насчет «побыть твоим парнем».
Так бы и отчехвостила себя за дурацкое сумасбродство. Сама страхов по привычке напридумывала, да еще и впутала ни в чем не повинного приятеля, спровоцировав его ссору с братом. Очень некрасиво.
— Забудь, Лекс! Я побаивалась, что на службе приставать будут, но оказалось, что с этим строго, парни все отличные…
— Ты меня неправильно поняла.
Он повернул голову, и я увидела волнение в его голубых глазах.
— Ты была права, Ева. Нам надо попробовать.
Слова прозвучали как гром среди ясного неба. Хотелось переспросить его, может я что-то неправильно поняла, но он зачастил, не давая мне опомниться.
— Мы лучший вариант друг для друга, однозначно. Я никому так полностью не доверяю как тебе, даже родителям. Ты уже в курсе про Диего, да? Вижу, что в курсе. Брат не иголка в стоге сена, его не спрячешь.
Знаешь, когда я узнал, что мы сводные? Ни за что не угадаешь.
— Родители сказали только после того, как он уехал учиться?
Алекс свернул на обочину, останавливаясь. Взъерошил ладонью уложенные в аккуратную прическу волосы, выдавая насколько тяжело ему дается разговор.
— Позавчера. Они сообщили мне, что мой брат полукровка только позавчера. Испугались, что я узнаю от кого-то со стороны. Диего не послушался и вернулся в город работать, ничего не скрывает, представляешь их шок? До этого все было долбанным семейным секретом.
Позором жутким для нашего трясущегося над чистокровностью папочки.
— А кто..
Я не договорила, но Алекс всегда понимал меня с полуслова.
— Отец! Фейри-брата нам нагулял отец! Еще и ругал его, дисциплинировал постоянно, за любую провинность наказывал. Я же почти не общался с братом до отъезда, мы и встречались-то только за ужином. «Не трогай Диего, он у нас странный». «Не ходи к нему, не нужно, чтобы вы стали похожи».
