Онлайн-библиотека книг
Донецке, а он находился у меня дома. Из разговора с ним мне стало известно, что у Сухова болит нога, он находится в моей квартире и никуда не выходит. Я сообщила ему, что прилетаю в Москву 12 марта, но в то время я не знала точного времени своего прибытия.
Сегодня я дважды, в 15 и около 17 часов, звонила к себе домой, но телефон был занят. Придя домой, я обнаружила, что телефонная трубка неправильно положена на аппарат. Поэтому я и не могла дозвониться.
Из вещей, принадлежащих Сухову, в настоящее время в квартире находятся: пять ключей на кольце с брелоком в виде карабина; портфель-«дипломат» черного цвета с металлической окантовкой, марки «Consul», в котором находятся: технический паспорт № 763321 на автомашину ВАЗ-2109, госномер В 67–66 МТ, выданный 4 МРЭО УГАИ Мосгорисполкома 20 мая 1990 г.
Объяснение с моих слов записано правильно и мною прочитано.
А. Маринина
— Ваш ключ — этот? — уточнил сотрудник милиции, забирая вещи Сухова.
— Да.
— Напишите расписку и укажите в ней его номер, — предупредил он меня.
Я взяла протянутый мне ключ от моей двери, и у меня потемнело в глазах… На том ключе, которым пользовался Алик, не могло быть никакого номера, потому что у него всегда были только копии этого ключа. А тот ключ, который только что на моих глазах сняли с его связки, был заводским. Я не могла его перепутать.
Расписка
Я, Маринина Александра Борисовна, проживающая по адресу: г. Москва, 5-й Хуторской проезд, д. 6, кв. 23, получила у оперуполномоченного уголовного розыска 74 о/м г. Москвы Кошкина В. Б, ключ от входной двери моей квартиры по указанному адресу, № 113133.
12 марта 1991 г.
А. Маринина.
— Простите, вы что-то сказали? — очнулась я.
