Шестнадцать против трехсот

Мне много не надо, час за глаза хватит.

— Не в этом дело, Сережа. Я бы отпустил, но… 20 августа, как только был развернут госпиталь, к нему пришло много народу. Тогда же в «приемный покой» зашел мужчина лет пятидесяти и… подорвал себя. А с собой двух врачей, медсестру, санитара, трех бойцов охраны и восемь таких же больных.

— Вы хотите сказать…

— Я хочу сказать, что среди погибших врачей опознана Ольга Копылова. Мне очень жаль, Сережа.

— Понятно. Разрешите идти?

Командир группы вызвал капитана Валевича:

— Связь с Сусловым, Толя!

— Есть связь с подполковником Сусловым.

Валевич быстро настроил станцию. Начальник разведки ответил немедленно:

— Ну все, Миша, группа отработала задачу по удержанию позиций батальона и недопущению прорыва крупных сил противника в Алеппо.

— Все? Ты хочешь сказать, боевики отступили?

— Их ошметки. Осталось менее сотни «духов», да и те уже не вояки.

— У нас потери, контуженый, три раненых, один тяжелый.

— Заврагин. Отправлен в госпиталь.

— Сожалею. Тебе надо связаться с непосредственным начальником. По ранее достигнутой договоренности группа «Альфа» должна была в случае необходимости поддержать сирийский батальон.

— Да уж, получилось совершенно непредсказуемо.

— Ладно. Я сейчас свяжусь с Москвой, возможно, еще раз выйду на тебя.

Валевич набрал начальника Управления.

Подшивалов ответил без задержки:

Авилов подробно доложил о действиях группы у Алеппо в части, касающейся последних суток.

— Вот, значит, как? У меня просто нет слов, Даниил, немедленно доложу о результатах сражения у Алеппо президенту.

— Ну прямо о сражении. Бое местного значения.

— Ну да, шестнадцать против трехсот — это, конечно, обычный бой местного значения.

— Какие будут указания, Дмитрий Георгиевич?

— Ты подожди, пока я не переговорю с Самим!

Подшивалов вышел на связь через двадцать минут.

— Такие дела, Даниил. Сегодня, я думаю, часа через два группе убытие в Хмеймим. Послезавтра утром бортом «Ил-76», который доставил вас в Сирию, домой в Москву.

— Да. Президент приказал представить всех к высоким правительственным наградам, тебя к званию Героя. Более того, вручить награды он пожелал лично, так что готовьтесь рассказать, как сражались против боевиков.

— Понятно. Значит, форма одежды парадная?

— Это успеем обсудить. Сейчас возвращайся в Хмеймим. И спасибо тебе с парнями.