Шестнадцать против трехсот

У них дальность стрельбы свыше семи километров. Вот они накроют позиции батальона, да и не только батальона, что стоит здесь, но и соседние. Восемь минометов — это батарея. Сто шестьдесят мин с зоной поражения каждой мины как минимум тысяча двести метров. А если батарея ударит по нашему батальону?

— Вопрос, для чего это боевикам? Ну повредят позиции батальона, сожгут несколько бэтээров, минометов, побьют немного личного состава. Так это быстро восполнится. Прошу прощения за цинизм, каждая жизнь бесценна, но не для фанатиков-радикалов, для них она ничто.

Минометный обстрел эффективен в качестве артподготовки к наступлению в отсутствие тяжелой артиллерии. Утверждать мы ничего не можем, зацепим батарею, только когда она откроется перед стрельбой, однако предупредить комбата надо. Черт знает этих «духов», что у них на уме.

— А может, они и готовят наступление? — предположил Валевич.

— Какими силами? — спросил командир группы. — отрядом в сто — сто пятьдесят «духов»?

— Разве нам известно, какие силы сосредоточены в той же Сабре? А это большой поселок, и он в руках боевиков.

— Так, — подвел черту Авилов, — я к комбату, Валевичу смотреть только за Кадамом, Мукадой и дорогой между селениями, все остальное мониторит Тимнев. И подготовить один коптер.

— Есть, — ответили офицеры.

Командир группы направился на командно-наблюдательный пункт сирийского батальона.

В небольшом одноэтажном доме в центре поселка Сабра, ничем не отличающемся от других строений, в большой комнате перед низким столиком, сложив ноги, сидел полевой командир Аббас Диани.

На столике карта района, фарфоровый чайник с зеленым чаем, пиала и крохотная конфетница. Диани смотрел на карту, и физиономия его выражала явное удовольствие. Отпив глоток, он крикнул в сторону двери:

— Я, господин, — донеслось из глубины дома.

Послышались торопливые шаги, и в проеме возник молодой тщедушный мужчина лет двадцати, помощник, а точнее, слуга полевого командира.

— Разрешите, господин?

— Я же сказал, ко мне, значит, быть рядом.

Помощник вошел, склонил голову:

— Слушаю вас, господин.

— Где начальник штаба? Я не могу ни по радиостанции его вызвать, ни по телефону?

— Господин Абдулла Кабран оставил радиостанцию Гафуру.

Гафур Бери являлся также помощником полевого командира и одновременно связистом, прошедшим обучение на базе США в Иордании.

— Зачем он это сделал?

— Что-то сломалось в радиостанции, вот господин Кабран и отдал Гафуру Бери посмотреть ее.