Шестнадцать против трехсот

Тем более пикапы вполне могли пойти в Мукаду, и грузовики тоже, что-то забрав в Кадаме и не желая светиться перед асадовцами, уйти обратно в Мукаду скрытой дорогой. Но достаточно дискуссии. У тебя не так много времени. Отправляй грузовик, поднимай людей в низине. До 4:30 все должно быть надежно замаскировано, чтобы проклятые коптеры даже с десяти метров не могли ничего обнаружить.

— Я понял, выполняю!

— По окончании работ и по результатам визуальной разведки русских доклад мне. Это понятно?

— Да, господин аль-Джалан.

— Не забывай, план наступления должен быть у меня 23-го числа. И смотри за складом. Если о нем узнают русские, то лишишься половины своей огневой мощи. Все! До связи!

— До связи, господин аль-Джалан.

Диани окликнул связиста. Тот появился из коридора:

— Да, господин Диани.

— Забирай аппаратуру и вызови ко мне срочно начальника штаба и командира группы разведки. Быстро, Гафур!

Бери, свернув спутниковую станцию, вышел из комнаты.

Диани сплюнул на пол:

— Проклятые русские. Всюду суют свой нос.

Отдохнешь теперь, когда надо контролировать работы.

Появился заспанный помощник-слуга:

— Чаю! Мне нужно быть в тонусе.

— Понял, господин, минуту.

Слуга ушел и спустя несколько минут принес чайник с пиалой, поставил их на рабочий стол.

Диани махнул рукой. Слуга исчез.

Полевой командир налил половину пиалы, сделал пару глотков. Почувствовал, как силы наполняют его и разум просветляется. Диани прекрасно знал, это всего на определенное время, закончится наркотик, наступит вялость, сонливость.

Если не добавить, то свалит ломка. Но он не допустит этого. Слава Всевышнему, наркотика у него в запасе достаточно, и наплевать, что Джалан запрещает наркоту в организации. Он не рядовой, он второй человек во «Фронте». Ему можно. Как можно и тем, кого отправляют на смерть. Смертников буквально нашпиговывают наркотиками, и не загустевшим соком маковых головок или раствором из него, а героином. Чтобы подыхали весело.

Начальник штаба бандформирования Абдулла Кабран и командир разведывательной группы Ариф Пирани прибыли одновременно в 23:40.

— Что случилось, Аббас? — спросил Кабран.

Полевой командир указал на ковер посреди комнаты, где лежали подушки.

Прибывшие устроились на ковре, облокотившись о подушки.

Диани довел суть переговоров с аль-Джаланом.

Начальник штаба воскликнул:

— Если у Джалана есть человек в батальоне, почему мы не имеем с его отцом связи? Знали бы гораздо больше, чем знаем.

— Это вопрос не ко мне. Приказ такой.