Шевалье

А вот мой, закованный в латную рукавицу кулак, до её живота вполне себе добрался. Девушка охнула и согнулась пополам. Дельрину даже пришлось придержать её за плечи, чтобы та не грохнулась на пол. Один из лежавших возле стены бандитов задёргался и глухо зарычал. Запомним этот момент.

— Когда телу задают вопрос, тело на него отвечает, — сказал я, дождавшись, когда пленница немного придёт в себя, — Пока я прошу по-хорошему. Когда дойдет до варианта «по-плохому», боюсь, тело в ответ сможет лишь выть. Так вот, повторяю вопрос.

Что тут у нас? Вернее, как тебя зовут?

— Мелисса, — буквально прошипела девушка, сплёвывая на пол кровь. Должно быть прикусила себе язык, когда я её ударил. Ничего. Для воспитательного момента полезно.

— Уже лучше. Так вот, Мелисса. У меня к тебе есть три вопроса. С какого начнём? С первого, второго или третьего?

— Пошёл ты, — прошипела девушка, — В гробу я видала твои вопросы.

Мда… Ну почему люди иногда такие упёртые. Зачем доводить всё до пыток и уродования, если всё равно потом расколешься.

Уж проще сразу всё рассказать — тут либо прикончат быстро, либо хоть калекой потом не останешься.

Я посмотрел на Роберта. Мол, ну, что скажешь, эксперт по допросам. Тот лишь покачал головой и демонстративно развёл руками. Вроде как, с такими вводными он не работает. Вот если бы тут была корчма, да собеседника можно было бы незаметно спорить… Если бы да кабы, да плохому танцору бы яйца не мешали.

— Бернард, не подсобишь? — поинтересовался я, покосившись на дверь.

Та уже перестала сотрясаться под тяжелыми ударами твари. Теперь её когти со скрежетом и лязгом скребли по стене, будто-бы понемногу перемещаясь выше. Твою ж мать. Только на крыше нам этой бесоёбины не хватало.

— С превеликим удовольствием, — хмыкнул капитан, от чего в комнате повисло неловкое молчание. Остальные видимо пытались понять, какое удовольствие может быть в пытках, а я вот не мог выбросить из головы древний мемас времён доспутникового интернета. Там тоже была просьба подсобить, и «с превеликим удовольствием» и два мужика посреди леса.

А вот, что было потом, лучше не вспоминать. Ещё кошмары потом будут снится.

— С чего начнём, — деловито поинтересовался Бернард доставая кинжал, и подходя к девушке со спины, — Ухо, пальцы или сразу глаз?

Тело у стены вновь глухо зарычало и задёргалось. Тур же презрительно сплюнул и вышел в соседнюю комнату. Ему участвовать в подобном не слишком приятном действе, мешала религия. В буквальном смысле.