Шилари. Темный дар

Она не хотела врать об амулете, да и у мужчины, несомненно, возник бы другой вопрос, откуда у простой разносчицы появился настолько дорогой амулет.

Амулеты иллюзий, так же, как и портальные, были слишком дорогими, ведь артефакторов, как и магов иллюзий было слишком мало.

-Надеюсь, ты не думаешь, что твой новый образ спасет тебя от расправы хозяина?

-Это просто необходимость и если у меня получится...  выступать я буду только в этом образе,- девушка осмотрела себя в зеркале и довольно улыбнулась, сверкнув белоснежной улыбкой.

Из зеркала, на нее смотрела роковая женщина , с темными волосами, спадающими по плечам волной, пухлые губы изогнуты в капризной улыбке и дополняют томный взгляд карих глаз.

-Подожди,- Карл подошел к одному из двух трюмо, стоявших в комнате, и открыл шкатулку.

-Вот, надень это,- он протянул девушке красивое ожерелье. Это, конечно не драгоценные камни, но оно изумительно дополняло образ.

-Сегодня аккомпанирует Жан?- Карл кивнул,- Мне нужно время для репетиции, хотя бы пару песен, чтобы Жан смог настроиться на меня.

..

-Хорошо, идем, я провожу тебя,- Карл повел девушку скрытым коридором, за занавес сцены, где, как поняла Аделиз, и проводились репетиции.

-Жан, это...- девушка с Карлом переглянулись, они так и не придумали для нее сценический псевдоним. А под своим именем Аделиз не собиралась выступать.

-Адель,- девушка решила, что с  псевдонимом, не сильно отличающимся от имени, будет намного проще свыкнуться.

-Адель ... да... Она будет вместо Руты.

С репертуаром определитесь сейчас...- Карл не успел закончить, заметив побледневшего Жана.

-Но Мариса... Она ведь сегодня...

-Мариса приболела,- сквозь зубы проговорил метрдотель.

-Хорошо, я все понял. Ну, что же, Адель, попробуем с простенькой песни...

-Жан, вам нужно будет подстроиться под меня... У меня контральто,- она заметила хмурый взгляд мужчины, сев на табурет, он пробежался пальцами по клавишам.

Карл шел по коридору в сторону зала, когда услышал голос Аделиз.

Его улыбка, осветившая, до этого момента, хмурое лицо, была улыбкой победителя.

В отличие от трясущегося Жана, Аделиз совсем не волновалась. Ей не привыкать выступать перед публикой, хоть, девушек, живущих в храме и наставниц сложно назвать публикой, которая привыкла обитать в этом ресторане. Но выбора у нее все равно не было. Если сегодня ее выступление провалится, то выйдет она из ресторана, как певица и как разносчица, уже безработной.