Шипучка. Ты уже часть меня

Нужно быть осторожнее, но… Это так трудно, и он совсем мне не помогает, только, наоборот, толкает в пропасть, где мы оба, скорее всего, разобьемся.

Включив послушную девочку, все-таки надеваю чистую футболку Сени и закрываю окно, прежде чем забраться в постель. И одежда, и белье пахнут свежестью стирального порошка, но я все равно улавливаю тонкий аромат хозяина квартиры и утыкаюсь носом в подушку.

Да. Именно такая, но никто ведь не видит, а мне становится так спокойно и хорошо, что, забыв о стеснении, просто вдыхаю этот запах и засыпаю с улыбкой на губах, тихонько прошептав малышу внутри меня: «Сладких снов».

Ночь не проходит так безмятежно, как бы хотелось. Мила не шутила о моих частых походах в ванную комнату, а эта самая комната находится рядом с кухней и, чтобы добраться туда, нужно пересечь опасную территорию.

Арс спит, лежа на животе, и по его позе видно, что ему не совсем удобно. Он практически свалился на пол, зависнув на самом краю. Даже совсем не маленький диван мал для этого мужчины, потому что Сеня, похоже, любитель развалиться звездочкой.

Еле уговорив себя оторваться от очень соблазнительной картины все-таки следую по необходимому организму маршруту. Ванная, а затем кухня. Отсутствие нормального ужина приводит к «ночному дожору». Не полезно, но что поделать? Голодная я точно не засну.

Две пустые и чистые чашки стоят возле раковины, а из десяти бутербродов осталось только два. Видимо, Арс все-таки оценил мой широкий жест. Ну, я рада. Вмолотив оставшиеся бутерброды и запив все томатным соком, который кажется божественным нектаром, тихонько крадусь обратно в спальню, но останавливаюсь возле дивана, потому что тело цепенеет.

Он не шутил. Покрывало съехало, открывая моему взору верхнюю часть невероятной задницы, за которую можно убить. Вот же… Да что за человек? Ни стыда, ни совести.

Лицо пылает, а шальная мысль подойти и хлопнуть его что есть силы по пятой точке, чтобы проучить, проносится в голове. Не-е-ет. Тогда я вряд ли вернусь в спальню. Лучше не испытывать судьбу.

Засыпая, в голове пляшут глупые и совсем не детские мечты, но я ничего не могу с собой поделать. Желание к этому парню, это какая-то отдельная от меня эмоция, которая никому не подчиняется и никого не слушает.