Я никогда не относилась к тому типу женщин, которые падают в обморок от мужчин типа «большой папочка». Но желающих опекать меня на каждом шагу и посягнуться на мое священное право самой принимать решения, раскусывала всегда на раз-два и так же быстро от таких избавлялась. Я достаточно женщина, чтобы кайфовать от того, что мужчина открывает дверь или подает руку, но также и достаточно взрослая женщина, чтобы жить самостоятельно своим умом.
Авдеев, каким-то совершенно непонятным для меня образом, сочетает в себе оба этих качества.
С одной стороны, он бывает весьма категоричен, когда заявляет какие-то вещи, с другой — у меня обычно нет ни единого аргумента (кроме идиотских, которые я не озвучиваю), чтобы доказать ему, почему он может запихать свое самцовое доминирование в известное глубокое и темное место.
И да, блин, он чертовски прав! Мне нравится, когда он ведет.
Я сразу чувствую себя… особенной. Не тупой курицей, которую нужно водить за руку в торговом центре, чтобы не потерялась, а девочкой-девочкой, для которой — все.
И я только еще сильнее вязну в этом выводе, когда мы заходим внутрь ресторана под лаконичной, но вполне говорящей вывеской: Prime Steakhouse Bar.
Меня сразу окутывает теплый аромат прожаренного мяса и легкие, ненавязчивые нотки дорогого красного вина. В воздухе витает ароматное и аппетитное сочетание дерева, угля и приправ. Интерьер выдержан в темных, насыщенных тонах: глубокий бордовый, теплый коричневый, приглушенный черный.
Пространство уютное, но с намеком на статус — большие столы из массивного дерева, приглушенный свет, акцентные медные светильники над каждым столом. Я бывала в местах, где готовят стейки, и обычно они все немного похожи друг на друга даже вне зависимости от ценника, но здесь ощущается особенный статус. Не броский, но с порога как бы говорящий: «Будь готов раскошелиться».
Я мысленно фыркаю, вспоминаю бизнес-джеты и обещаю себе больше не триггериться на такие вещи.
Меня на секунду беспокоит интерьер, в который я могу не вписаться в своем платье с распродажи старой-старой коллекции МиуМиу, но в этот момент ладонь Авдеева коротко касается моей спины.
Это не жест владения, скорее успокаивающий, как будто он считал мою нервозность и без слов говорит: «Расслабься, ты здесь со мной». Я чувствую его тепло даже через ткань платья и, наверное, если бы он хотел и надавил чуть сильнее — я бы подчинилась и растеклась по его ладони, как джем.
