Шиворот-навыворот

Да, и веди себя так, будто мы давно знакомы, поняла?

— Поняла. Только…

— Что, только? — усмехнулся незнакомец.

— Я… я не…

— Я понял, ты не такая, ты ждешь трамвая? — парень насмешливо посмотрел на нее и улыбнулся. И Юлька засмущалась от этого взгляда и от его улыбки.

— Меня зовут Иштван. А тебя?

— Юля, — промямлила она.

— Сейчас выходим, моя остановка. Ничего не бойся, — скомандовал Иштван.

На улице около них сразу же затормозил ""СААБ"", и Йорген чересчур быстро вытащил свое тучное тело из машины. Следом вышли еще двое.

— Это мой девка, — завопил Йорген, надвигаясь на Юлькиного спасителя.

Иштван что-то ответил ему на шведском. Диалог длился пару минут, не дольше. И Юлька увидела сначала удивление на лице Йоргена, сменившееся испугом. Последовали заверения на русском в вечной дружбе."" Жаль, что у Йоргена не было шляпы, он бы снял ее на прощание, "" — подумала Юлька.

— Пойдем, все в порядке, — мотнул головой Иштван.

— Ты кто? — оторопела Юлька, но как завороженная пошла следом.

— Я? Джеймс Бонд. Не похож? — оглянулся на нее Иштван и снова засмеялся.

И тут Юлька испугалась. Она идет по улице с совершенно незнакомым человеком. Куда он ее ведет? А вдруг это маньяк? Извращенец? Теперь уж точно никогда и никто ее не найдет. Кто вообще он такой? И как избавился от Йоргена?

Но Иштван уже подошел к подъезду очень респектабельного дома и открыл дверь ключом.

— Заходи, не бойся, тут не кусаются и не насилуют, — пошутил он, словно прочитав ее мысли.

Ничего другого не оставалось, как зайти следом. Юля поднялась за своим спасителем по лестнице, застеленной ковровой дорожкой. На площадках стояли цветы. И нигде не виднелись надписи: ""Вася плюс Лена"", ""Гена=дурак"", и никому из жителей не пришло в голову прижигать на потолке спички. Иштван распахнулдверь в квартиру и пропустил Юльку в просторный и светлый холл.

""Все, сейчас начнет приставать"" — подумала Юлька и уже прикинула, что придется давать отпор.

Но красавец-мужчина сразу крикнул вглубь квартиры:

— Лиль, ты дома? У нас гости.

Послышался топот маленьких ножек, и в холл вышла бледная девочка лет четырех с каштановыми кудряшками. Грустные глаза зажглись радостью. Мужчина подскочил к ней и очень аккуратно, словно хрустальную вазу, взял на руки.

— Привет, родная, — пробормотал Иштван, целуя слишком белую кожу около виска.

— Папочка приехал, — прошептала малышка и, обняв отца, положила голову ему на плечо.