Школа Делавеля. Чужая судьба

Приподняв подбородок, я ответила, пытаясь выдержать служебный тон:

– Так точно, капран! – И все-таки не удержалась: – Вам, как видно, тоже? Спасибо за яблоки!

Он подошел совсем близко и остановился, нависая и всматриваясь в мои глаза. И в этот момент меня с головой накрыло его запахом, сводя с ума, разжигая огонь желания, такого сильного, что я невольно застонала. Словно под гипнозом преодолела последний шаг, разделявший нас, и с трепетом, положила ладошки ему на грудь. Погладила шершавую кожу безрукавки и отчаянно захотела снять ее, чтобы насладиться другой кожей – теплой и гладкой, живой…

Со мной творилось что-то странное, необъяснимое и пугающее.

Более разумная часть испуганно пискнула:

– Что со мной творится? Чем это пахнет так сильно?

– Это твои брачные узы так пахнут! – торжествовал несносный мужчина, глубокий тягучий голос которого вызвал у меня дрожь, особенно отзываясь внизу живота странным теплом и чувственной судорогой.

Кожу немилосердно кололо, каждая частичка моего тела пылала неистовым желанием, разрушая все грани, застилая разум пеленой страсти. Я терлась об него грудью, целовала обнаженные плечи и шею – какое позорище! – мурлыкала, как последняя гулящая кошка. И трогала, трогала, трогала… всюду, куда могла дотянуться. Тонула в первобытном желании.

– Как ты вкусно пахнешь… – застонал Стейнар.

Очнулась я, почему-то стоя перед ним на коленях, крепко обнимая и целуя обнаженные волосатые ляжки. Меня снедала похоть в чистом виде. Ошалев от происходящего, резко отстранилась, тут же почувствовав, как заболели ладони, лишенные желанных прикосновений. Как заныла грудь, а кожа буквально горела, мечтая соприкоснуться с источником непередаваемо прекрасного аромата.

– Чем… пахну?.. – прохрипела я, отползая дальше.

Сжав пару раз кулаки, видимо, тоже пытаясь прийти в себя, он с торжествующей улыбкой хрипло произнес:

– Моими будущими детьми!

– Я просто сошла с ума! – шепнула, поднимаясь и порываясь сбежать.

Но ноги предательски сами собой несли меня обратно к Стейнару. Пришлось рухнуть на землю и на четвереньках ползти прочь от этого искусителя.

Его ботинки ступали параллельно моему направлению, но я отчаянно хотела убраться от него подальше. И как заведенная игрушка переставляла конечности, поднимая пыль, отползая дальше.