Школа Делавеля. Чужая судьба

Свет меня всегда согревает, снимает внутреннее напряжение, разгоняет обиды, как утренний туман, и дарит надежду на чудо.

Мы с Невель плечом к плечу шли за капраном Ясневелем, а тот, в свою очередь, не отставал от ректора. Пару раз открывались двери, но выглянувшие люди и нелюди, увидев тера Лейва, возглавляющего процессию, мигом отступали обратно. Как я их понимаю… Я бы тоже скрылась, но разве это выход. Всю жизнь провести в бегах – не этого я хотела и не о том мечтала. Вот и шла послушно за начальством, прикидывая, о чем могут спросить и что говорить.

Как выйти из сложившейся ситуации… живой и стать полноправным жителем Раша! Чтобы не пришлось больше прятать крылья и свою суть! Еще и эта клятва… дополненная покоя не дает.

Свернув за угол, мы оказались в следующем холле и поднялись на второй этаж по широкой лестнице с коваными перилами. На первом этаже, как я уже поняла, располагались большие аудитории, где проводятся занятия с курсантами. На втором, судя по большему количеству дверей с табличками, находится администрация школы.

Скорее всего, лаборатории целителей тоже здесь – чувствовался знакомый специфический запах трав и настоев, напомнивший о лесе. Даже легче стало.

Наконец мы подошли к почти ничем не выделяющейся среди других двери с табличкой «Ректор» на эльфийском и по очереди прошли в кабинет. Я остановилась посередине и начала осматриваться, оценивая, изучая и… привыкая. Вдруг и здесь стану частым посетителем… если для меня сегодняшний визит закончится положительно.

Напротив центрального окна внушительных размеров квадратного помещения стоит большой прямоугольный стол, заваленный пергаментами и свитками.

Подобный и в кабинете ректора атурашской Академии имелся. У правой стены еще один стол, круглый, вокруг которого расставлены стулья. Слева у стены кожаный черный диван с продавленным потертым сиденьем. Совсем старенький – часто используют, а то и ночуют. Скучно и казенно, в общем-то…

Неожиданно мое внимание привлекли какие-то тексты, написанные черной краской прямо на стене над диваном.

Буквы – с вензелями и завитушками. Кто-то постарался, чтобы они не только украшали кабинет, но и напомнили «всяк сюда входящему», что в этом заведении учат воинов защищать целый мир от Тьмы.

Просмотрев надписи, сделанные на разных языках, я разобралась, что это слова клятвы, которую мы сейчас давали на площади. На эльфийском, как я вынуждена была скрепя сердце признать, текст тоже присутствовал. Быстро пробежав его глазами, внутренне возликовала.