Школа Лысой Горы. Тайны Калинова моста.

Хоть исключения и у нас имелись: Лихо Одноглазое или Дед Мороз, к примеру, в спячку не впадали.

– Эк тебя угораздило, – зашептала она, поднимая «малыша» на руки и отказываясь от помощи Игната. Впрочем, верный друг и сам видел, что его боятся, и на помощи не настаивал, толкуя, что надо отнести ребёнка в отделение полиции. Под его раскатистый бас Василиса зашептала найдёнышу: – Из какого дерева ты вышел?

– Его больши неть, – уныло указал на спиленную ель гость из другого мира. – А у другие неть зелени, они не.

.. не...

– Их не используешь как проход, – подсказала Василиса, и эльф кивнул, грустно добавив:

– И сил у меня меньше и меньше, мне нужен... многи зельёных деревьев.

– Хвойный лес. Сейчас всё будет, погоди, – понятливо подхватила Василиса и сказала уже громко: – Игнат, я сама, на своей машине ребёнка в полицию отвезу, а тебе лекарства для Агафьи Фёдоровны по рецепту получить надо, пока аптека не закрылась. Нет, вместе мы ничего не успеем, ты – в аптеку, я – в полицию. Игнат, давай ты вспомнишь, что человек я взрослый, более того – учитель, привыкший нести ответственность за уйму детей в классах.

Уж одного-то я точно доставлю, куда надобно.

Прозорливость и острый ум Игнат с годами не подрастерял. Василиса отчётливо читала на хорошо знакомом лице, что ситуация представляется ему необычной, а поведение Василисы – хоть и объяснимым, но вызывающим безотчётное, интуитивное чувство странности происходящего. Битву взглядов Василиса выдержала, тесно прижимая к себе тельце эльфа и не опуская глаз.

Махнув рукой и буркнув «будь по-твоему», Игнат направился к аптеке, а Василиса опрометью кинулась к машине. Установив печку на максимум, она полетела за пределы города: как раз за поворотом с трассы на Верный Путь рос густой тёмный ельник. Эльф сидел на заднем сиденье, свернувшись калачиком, и из больших голубых глаз его никак не уходил страх. С чего бы? Впрочем, кто этих эльфов разберёт, тем более – иномирных.

При виде замелькавшего за окнами леса эльф оживился и встал на колени, прижимаясь лицом к стеклу.

Припарковавшись на обочине, Василиса вынесла его из машины и пошагала в лес по колено в снегу. Когда её со всех сторон обступили могучие вековые ели и сосны, она облегчённо выдохнула.

– К какому дереву тебя прислонить?

– Сюдь-а. Тебя как звь-ать?

– Василиса. Из местной школы я, учительница.

Развернувшись в указанном направлении, она поднесла жертву города и зимы к шершавому стволу.