Прикинуться преподавателем оказалось самым простым способом попасть в университет. В конце концов, кто знает традиции Абриса лучше самого абрисца? Оливер Вудс назвался моим отцом и дал рекомендации ректору. Мне оставалось только следить за игроками.
– Тогда почему ты не увидел этого во мне? Я испугалась, когда решила, что умираю.
– На самом деле я все время слишком пристально наблюдал за тобой, – отозвался Кайден. – В этом вся проблема. Когда ты рядом, я теряюсь в пространстве.
Он сделал большой глоток виски прямо из бутылки и вытер губы тыльной стороной ладони.
– Ты быстро опьянеешь, если будешь пить без стакана, – заметила я.
– Было бы неплохо, – вздохнул он, но бутылку закупорил."
"В растерянности я смотрела в окно. В воздухе порхали крупные хлопья снега, и тишина казалась до жути глубокой. Он рассказал мне так много, но фактически ничего не сказал. Наверное, паладинов с детства учили искусству недоговаривать.
– И что теперь? – тихо произнесла я.
– Ни о чем не беспокойся, просто живи, как жила прежде.
Никто не знает, кто ты и где тебя искать. Я позабочусь о том, чтобы так и оставалось.
– А ты? – В груди странно заныло. – Ты попадешь в неприятности?
– Неприятности? – Он невесело хмыкнул, давая понять, что ситуация гораздо хуже, чем мне кажется. – Вероятнее всего. Но, Лера, для меня не стоит выбор между мной и тобой. В любом случае это всегда будешь ты. Я осознавал это раньше и еще яснее осознаю теперь.
Меня охватило оцепенение.
В животе завязались крепкие узлы.
– Выходит, мы снова прощаемся? – язык еле-еле шевелился. – Ты прощаешься со мной?
– Вообще-то, если мне не изменяет память, именно ты хочешь расстаться. Цитируя дословно: «Давай больше никогда не встречаться». И еще: «Я отказываюсь тебя видеть». Разве не твои слова?
– Мои, – не стала отпираться я. – Поэтому ты вдруг решил послушаться и исчезнуть?
– А ты бы приняла меня?
– Да, – не раздумывала ни секунды я.
Последовала долгая пауза.
Сердце билось в груди как безумное.
– Дурочка, – наконец мягко усмехнулся Кайден, – ты должна была отказаться.
Я следила, как, выйдя из-за кухонного прилавка, он приближался, неторопливо, не срезая путь стремительными, отчасти пугающими перемещениями, а просто подошел и обнял меня. Было здорово оказаться в его руках, но я стояла по-глупому напряженная, точно нашкодившая лицеистка.
– С каждым разом отпускать тебя становится сложнее, – вымолвил он.
