Школьный Надзор

– Считаете ли вы, что начатая операция могла спровоцировать младшего Инквизитора Дреера на неадекватные действия?

– Безусловно, – ответил Стригаль. – Как и последствия от удара по голове хвостом этой девушки…

Он указал на Машу Данилову. Та залилась краской. Иван, сидевший рядом, раздул ноздри и разве что не зашипел.

– Трибунал больше не имеет к вам вопросов, – объявил Эдгар.

– Разрешите еще пару слов, – вставил Стригаль.

– Говорите, – позволил Эдгар.

– На мой взгляд, наставник Дреер в первую очередь не Инквизитор.

– Высказывайтесь по существу, – оборвал Эдгар.

– Тогда прошу зафиксировать мое мнение. – Стригаль посмотрел в сторону пустой конторки. Там одинокое гусиное перо без всяких чернил само бежало по страницам толстого фолианта, быстро и четко стенографируя ход процесса. Это заклинание так и называлось – «Самописец». – Наставника Дреера следует освободить из-под стражи, наложить блок памяти и без дальнейшей инициации позволить заниматься педагогикой.

«Вот уж спасибо», – подумал Дмитрий.

– Зафиксировано, – сказал Эдгар. – Можете вернуться на свое место. Есть ли в зале Иные, желающие добавить нечто к сказанному ранее или опротестовать?

– Есть, – раздался звонкий голос.

Анна Голубева вскочила.

– Дмитрий Леонидович не виноват! – выкрикнула она, и эхо разнесло эту весть под сводами. Даже вроде бы тряхнуло вековое спокойствие пламени здешних свечей. – Судите нас, а не его. Мы все начали!

– Мнение принято, – сказал Эдгар, и Дмитрию почудилась его легкая снисходительная улыбка.

– Есть, – послышался еще один голос, грубый и басовитый.

Со своего места поднялся всклокоченный Буреев.

– Мы это… в общем… Короче, не Леонидыч все замутил, а мы. Мы виновны. Нас сажайте, а не его. Или куда нас там, в Сумрак, что ли…

Казалось, еще немного, и Гоша перепрыгнет кафедру и встанет рядом с Дреером. Может, даже плюнет сквозь решетку под ногами для храбрости.

– Он не виноват, – встал и Артем Комаров.

– А я участвовал! – вскочил Толик Клюшкин. Он улыбался своей неисправимой и нестираемой никакими кошмарными последствиями улыбкой.

– Он не виноват, – хором сказали, вставая, близнецы Даниловы.

– Не виновен! – пустил петуха голос Стаса Алексеенко, вскочившего одновременно с экс-нагом и экс-нагайной.

– Ну вы даете… – повернулся к ним Дмитрий.

– Зафиксировано, – сказал Эдгар. – Можете садиться.

Гусиное перо разве что не искрило над книгой.