Школьный вальс

Я убегаю от Арсена и, разумеется, он дает мне фору, и через буквально двадцать метров догоняет, закидывает на плечо и кружит. Мы бесимся какое-то время, распугивая птиц вокруг. Раскрасневшиеся и запыхавшиеся падаем на лавочку, весело переглядываясь.

— Слишком далеко, утенок, — Арсен притягивает меня к себе и обнимает, берет за руки и удивляется:— ого, какие холодные!

Подносит мои руки к лицу, дышит на них, согревая, а потом решительно отрезает:

— Пойду возьму нам чай. Тебе какой?

Робко пожимаю плечами, тянусь за деньгами в карман, но когда их вытаскиваю Герасимова уже и след простыл.

— Взял нам какао, держи. Тебе нужно согреться.

Арсен падает на лавочку и по-хозяйски закидывает руку на мое плечо. На город опустились сумерки, и хоть уже конец апреля по вечерам достаточно прохладно. Герасимов постоянно дергает меня то за прядки волос, то щипает, то целует, как будто прикасаться ко мне ему жизненно необходимо.

— Так что за история с твоим отцом? — осторожно интересуюсь.

Арсен устало трет лоб, нервно кусает губы, а потом отвечает:

— Он от нас ушел. Ну думаю, это многим известно. Я вроде как с этим уже смирился, — небрежно пожимает плечами, — но сегодня отец пришел на игру со своей любовницей, вот и я сорвался.

— Знаешь, моя мама тоже не подарок, — делюсь, чтобы ему стало легче и он не чувствовал себя в этой тоске одиноким.

Нам всем нужна поддержка. Даже таким «крутым» парням, как Герасимов.

— Но она хотя бы от тебя не ушла, — буркает, пиная ногой невидимый камешек.

— Ага, но своей заботой она меня душит. Иногда мне кажется, что я для нее какое-то достижение. Она как будто хочет сделать из меня робота.

— Ты далеко не робот, — легонько толкает меня в бок, растягивая на лице кокетливую улыбку. — Видимо, наши родители облажались. Но, знаешь, они такие какие есть. Иногда я злюсь на отца, но все равно не могу его ненавидеть.

— Ты и не должен. В конце концов, мы уже взрослые.

— Ты права… И откуда ты такая умная свалилась на мою голову?

— Я свалилась? — удивленно указываю на себя пальцем. — Это ты ворвался в кабинет!

— Ага, твое лицо в этот момент было бесценно, — со смешком кидает, за что получает от меня шлепок по груди.

Заливисто хохоча, Герасимов скручивает мои руки и снова меня нежно целует.

Пятница. Финальная игра.