Шкура

 – Дурачок! Все об одном думаешь.

– А что, разве плохо нам было?

– Хорошо, но потом было так худо, что из дому бежать хотелось, – Марфа выдернула руку. – Вспоминать не хочется.

– Это ж было сто лет назад. Чего сейчас об этом говорить? Солнце мое, Панкрат уехал, чтоб он не вернулся, а эти (дети) картоху копают. А нам что терять? – нежным голосом спросил Егор и тут же сдвинул брови к переносице. – Или Панкрат получше меня будет?

– В этом деле лучше тебя нет никого, – выдохнула Марфа и загрустила. – Что ж ты раньше не очухался? Столько времени ушло, а теперь уж поздно.

– Никогда не поздно. Что ты? Вот я! – Егор развел руки в стороны. – Бери! Весь твой!

Марфа пришла в неописуемый восторг от поведения любвеобильного мужика. Неужели до сих пор он ее любит? Кажется, так и есть: две жены было, ни с кем не смог ужиться, все Марфушу свою ненаглядную ждал.

– Ой, – аж сердце зашлося, – заохала впечатлительная Марфа, положив руку на грудь.

– Пора действовать, пока оно заднюю не дало, – пробурчал Егор и подхватил завороженную женщину на руки.

***

– Умаялась, – Галя выпрямила спину, вытерла пот со лба, тяжело вздохнула.

– Батька скоро вернется, а у нас всего пять борозд выкопано, – Степан поставил ногу на лопату и опустил подбородок на кисти рук, ухватившиеся за край облезлого черенка. – Он не любит, когда дело до конца не сделано.

– Знаю, но спину гнуть больше не могу. Мать-то у тебя хитрая, сказала, что по дому хозяйничать будет, а сама с дядькой разговоры разговаривает. С обеда треплются, как бабки на базаре.

– Пусть поговорят. Они ж столько лет не виделись, – Степан закурил.

– Пойду шею ополосну, – Галя ощущала, как ей душно. Она вся вспотела, и жажда мучает.

– Иди, а у меня перекур.

Высыпав картошку из ведра в мешок, Галя вновь вытерла косынкой взопревшую кожу на шее и поволокла ноги к дому. Уже сентябрь наступил, а солнце до сих пор жарит по-летнему. Пройдя вдоль огорода, девушка остановилась, отдышалась и потопала к крыльцу. Ее голова была занята мыслями о ребенке. Подождать еще месяцок или все ж съездить в районную больницу? Входя в дом, Галина приложила руку к стене и часто задышала.

– Работница чертова, – шепотом обругала свекровь, – небось дрыхнет пузом кверху.

Не было сил, чтобы открыть вторую дверь. Слабость навалилась на плечи, и Галя уже решила не возвращаться на усадьбу.