Оно облегчит боль, - в зал вошел Никита Мартынович с подносом, на котором стоял бокал. – Выпейте, госпожа Эристави.
Госпожа Эристави?! Я похолодела. Это родственница Давида?! О-о-о, чёрт…
Тем временем она опустила взгляд на свою ногу и удивленно нахмурилась. Видимо, почувствовала облегчение.
- Нога еще будет болеть, - холодно сказала я. – Нужно наложить тугую повязку и прикладывать холодное.
Женщина протянула руку, взяла вино с подноса, выпила его, а потом вдруг громко рассмеялась.
Она хохотала до слез, да так заразительно, что мы с аптекарем тоже не удержались и начали смеяться.
- Давно со мной не случалось подобного… - она вытерла слезы платочком и обратилась к Никите Мартыновичу: – Это ваша родственница?
- Я родственница парикмахера Волкова, - ответила я вместо старика. – Елена Федоровна Волкова.
- Что ж, Елена Федоровна… Благодарю вас за то, что поправили мне ногу, - женщина окинула меня изучающим взглядом. – Только из-за этого и из-за того, что вы рассмешили меня своей непосредственностью, я прощаю вас.
Но могу вас заверить, за такое поведение можно получить суровое наказание.
- Прошу прощения, - сказала я, думая о том, что прежде чем лупить всех подряд, нужно хотя бы интересоваться, кто они. А то я уже до княжеского рода добралась. – Позвольте, я наложу вам повязку и проведу до экипажа?
- Только зонт верни для начала, - госпожа Эристави кивнула на свою вещь, которую я все еще держала в руке.
– Это подарок моего внука.
Так это бабушка Давида… М-да… Только я могла влипнуть в такую историю. Ольга, нужно быть осторожней! Хватит идти на поводу своих эмоций!
Прибежавшая служанка с изумлением смотрела, как я накладывала на ногу старухи повязку.
- Экипаж ждет, госпожа!
- Подождет, - отмахнулась от нее госпожа Эристави. – Дай извозчику денег!
После того как все было сделано, я помогла ей дойти до кареты, поддерживая под локоть.
Она забралась внутрь и вдруг ущипнула меня, высунув руку из окошка.
- Усмири свой характер, девчонка. Иначе тебе трудно в жизни придется.
Экипаж поехал прочь, а я еще долго смотрела ему вслед.
- Ты ходишь по лезвию, гадкая девчонка… - мой голос был так похож на голос госпожи Эристави, что я не удержалась и рассмеялась.
* * *"
"- Она как сквозь землю провалилась! – Мария Петровна выпила успокоительные капли и упала на софу.
