Быстро! Ты знаешь, как незаметно выйти из дома?
- Знаю! – Акулина подскочила на ноги. – Сейчас все сделаю! Маленько погодите!
Девушка действительно быстро собрала нужные вещи в саквояж, стоявший под кроватью, потом умчалась за своими. И уже через двадцать минут мы крались к подъездной аллее продираясь сквозь колючие кусты шиповника.
- Другой дороги не нашлось?! – прошипела я, чувствуя, как саднят царапины. – По шиповнику поперлись!
- Зато не увидит никто! – заявила Акулина, волоча узел со своим скарбом.
– Чего ныть-то, барышня? Нам ведь кровь из носу надобно, чтоб скрытно… Терпите, голубушка.
Селиван, как и обещал, ждал нас в конце аллеи, сидя на передке с зажатыми в руках вожжами.
- Наконец-то! – он увидел Акулину и возмущенно протянул: - Эту-то, куды?!
- Туды! – огрызнулась девушка, забираясь в телегу. – Тебе-то что? На горбу, что ль, повезешь?!
- Прячьтесь! – вдруг рявкнул Селиван. – В солому! Бегом!
Мы не стали задавать глупых вопросов и зарылись так глубоко, что торчали одни носы.
Послышался стук копыт – мимо на всех парах промчался экипаж.
- Барон! – Селиван оглянулся и, волнуясь, спросил: - Готовы?!
- Готовы! – пропищали мы, и телега быстро поехала по ухабистой дороге.
Куда я направлялась, было одному Богу известно. Но меня это не пугало, ведь по большому счету здесь все было чужим.
- Ничего, я вернусь… Вернусь, зараза… - прошептала я и, высунув руку из сена, показала неприличный жест в сторону удаляющейся усадьбы. – Вы еще узнаете, на что Оленька способна!
Глава 9
Глава 9
Через какое-то время Селиван позволил нам вылезти из соломы.
- Все, барышня, туточки не страшно. Я к реке свернул, там тоже дорога имеется. Плохая, конечно, но что поделать…
Я с любопытством огляделась, рассматривая красоты, медленно проплывающие мимо. Лес тянулся сплошной линией и по ту сторону реки, и по эту. От этого великолепия замирало сердце. Макушки у елей почти касались ярко-голубого неба, между ними виднелись осины, березы и дубы, под сенью которых покачивались изумрудные перья папоротника.
Жужжали насекомые, пели птички, а ближе к воде с двух сторон расположились лужайки с сиренево-розовыми метелками кипрея. На противоположном берегу не очень широкой реки виднелись плакучие ивы, чернели камыши, в которых покрикивали чирки.
- Селиван, а куда мы направляемся? – спросила я, жмуря глаза от ярких лучей солнца, пронзающих ветви деревьев, словно стрелы.
