Мы стояли и смотрели друг на друга несколько минут, но мне показалось, что прошла целая вечность.
Давид первый нарушил это мучительное молчание. Князь шагнул ко мне и вежливо склонил голову.
- Добрый день. Я рад снова видеть вас.
Такое банальное приветствие… Но его глаза говорили куда более красноречиво. Они говорили столько всего, что мое сердце готово было выпрыгнуть из груди.
- Здравствуйте, ваше сиятельство, - поздоровалась я, ощущая в легком ветерке его аромат. В голове промелькнула мысль, что князю пошел бы Dior Homme Parfum.
Я даже представила, как он ляжет на его смуглую кожу. Сотканный из древесных пряных нитей, этот аромат был до мурашек дразнящим. – Вы хотели поговорить со мной?"
"- Да… Может, нам лучше присесть? – Давид кивнул на толстый ствол поваленного дерева. – Это будет очень непростой разговор.
После этих слов я немного напряглась. Что еще могло случиться, что князь лично решил поговорить со мной?
Мы присели на теплое от солнца дерево, и наши плечи соприкоснулись, но ни я, ни он не сдвинулись с места.
- Прежде чем я начну, позвольте спросить у вас… - взгляд князя стал внимательным. В нем мелькнуло сочувствие. – Вы любили своего отца?
- Отца? – я немного растерялась. Стоп. Он имеет в виду отца Ольги Черкасовой.
- Д-д-а… Я любила его, - немного заикаясь, ответила я. Но сразу же расслабилась. Наверняка так и было, ведь если судить по разговорам мачехи и Николя, Черкасов в дочери души не чаял. – А почему вы спрашиваете?
- Потому что этот разговор касается именно вашего отца, - сказал Давид.
Я видела, что он колеблется, словно не зная, как лучше преподнести мне какую-то новость.
- Но он умер.
- Да, но умер не ваш отец, а человек, которого вы считали своим отцом, - князь повернулся ко мне всем корпусом и взял за руки. – Я имею все основания утверждать, что вы дочь совершенного другого человека.
Что? Что-о?! Он что, разыгрывает меня? Но я прекрасно понимала, что князь не тот человек, который станет так глупо шутить.
- Объясните мне, что происходит? О чем вы говорите? – я в нетерпении уставилась на него.
По большому счету мне было все равно, кто мой отец, лишь бы это не несло угрозы мне и моей семье. Но все равно новость оказалась о-очень неожиданной.
- Ваш отец граф. Загорский Павел Васильевич, – Давид волновался больше моего. Возможно, он переживал, что я рухну в обморок или забьюсь в истерике. По крайней мере, так поступило бы большинство барышень этого времени. – Позвольте мне рассказать вам все, что я знаю.
