– Так, Иван Иванович?
- Именно так! Женщина… Ты гляди! Бабы они на то и бабы, чтобы детей рожать, да супруга ублажать, а не в мужские дела лезть! Фабрикой она вздумала управлять! Ты бы хоть котелками да слугами управлять научилась! Всю жизнь у окна с булкой просидела, фабрикантка! – Фролов злился, и я подумала, что зря мы сюда приперлись. – Да вот только я все равно в толк не возьму, ко мне-то вы зачем пожаловали?
- Ссуду у вас взять хотели, - сказала подруга глухим от обиды голосом, но резко осеклась, понимая, что не стоило уже этого говорить.
- Чего-о-о? – ошалело протянул Иван Иванович. – Ссуду? Дожили… Баба бредит, да черт ей верит. Эй, Богу! Если бы ко мне Борис Васильевич пришел, другое дело!"
"- То есть вы бы с легкостью дали ссуду пьющему, проматывающему деньги по кабакам мужчине, но отказываете нам, потому что мы женщины? – холодно произнесла я, поднимаясь. – Что ж, спасибо и на этом. Обойдемся без ваших денег. Так сказать, своими силами.
- Ох, ты ж! Гонору-то сколько! – насмешливо протянул купец.
– Напридумывали себе ерунды всякой, возомнили себя черт-те кем! Вот вам мой совет: домой идите, да хозяйством займитесь! А Борису я скажу, чтобы он не тянул более, да замуж тебя выдал Минодора! Пущай фабрика приданным будет, мужу твоему!
- Всего доброго, Иван Иванович, - в голосе подруги зазвучал металл. – Спасибо, что приняли.
- И вам не хворать, - язвительно ответил купец, а потом крикнул нам в спину: - А Борису я сегодня же отпишусь! Иначе натворишь дел, дура девка!
Мы почти выскочили из дома Фролова.
Меня распирало от злости, а Дора угрюмо смотрела перед собой, идя размашистым шагом по тротуару.
- Дор, слышишь? – я остановила ее, схватив за руку. – Не переживай ты так, мы своими силами справимся. Вот только вдруг Борис тебя и правда замуж отдать захочет? Тебе ведь еще двадцать один год не исполнился, а значит они с матушкой могут твоей судьбой распорядиться. Как она вообще тебя саму оставила?
- Оставила… нянюшка со мной, Параша опять же присматривает, да еще и тетка через два дома живет, - хмыкнула Минодора.
– Нет, так оно дело-то не пойдет. Пора матушке и брату Артемия представить.
- Не позволят ведь тебе замуж за него идти.
- Куда денутся… - как-то загадочно улыбнулась подруга. – Я придумала, как нам в траур пожениться. Да никто и слова против не скажет!
- И как же?
- Скажу, что ребеночка от Артемия ношу и тянуть с венчанием нельзя, иначе позор. – Минодора выглядела довольной. Хмурое выражение лица сменила мечтательная улыбка.
