Но вы еще молоды, Елена Федоровна и можете найти себе достойную пару."
"- Вы думаете? – я кокетливо повела плечиком. – Да разве кто захочет взять вдову?
- Вы не правы! Ох, как вы не правы, Елена Федоровна! – горячо возразил Лапин, неожиданно хватая меня за руку. – Такой женщине, как вы, только поманить стоит! Враз желающие примчатся!
- Совсем меня в краску вогнали! Я горю от смущения! – я снова выпустила ему в лицо клубы дыма, стараясь больше не затягиваться. – Так зачем вы пожаловали, ваша милость?
- Я? – растерялся барон.
Он, видимо, уже позабыл, зачем явился сюда. – Ах… да… Я пришел, чтобы сделать вам деловое предложение. Ежели вы, Елена Федоровна, решите продать мне свои земли, то я не поскуплюсь! Еще и сверху дам! Вы сможете купить себе прелестный домик под Москвой и жить в свое удовольствие!
Ага как же… Бегу, волосы назад.
- Увы, ваша милость, но эти земли принадлежат не только мне, но еще некоторым родственникам со стороны дядюшки, - я мило улыбнулась ему. – Так что, продать их не получится.
- Как жаль… как жаль… - Лапин расстроено вздохнул, но тут же в его глазах появился затаенный огонек. Старый барон что-то задумал. И, похоже, я догадывалась, что именно. – Ну, на «нет и суда нет», как говорят в народе. Вы позволите угоститься?
Он кивнул на графин с наливкой.
Тимофей Яковлевич бросился было прислужить, но я остановила его:
- Идите, дядюшка. Я сама.
Тимофей Яковлевич удивленно взглянул на меня, но все же вышел. Зато барон воспрял духом. Его лицо залоснилось, на губах заиграла самодовольная улыбка.
Он почувствовал, что ему дают зеленый свет.
Я же наблюдала за ним и размышляла. Отказать прямо, не особо церемонясь? И что? Можно нарваться на неприятности. Мужчины не любят такого. Пусть барон не граф и не князь, но вес имеет, тем более он богат. Лапин вполне способен испортить мне жизнь. Но если ко всему подойти с умом… Сделать так, чтобы он сам бежал отсюда «роняя тапки». Вот это – совершенно другое дело!
Покачивая «бампером», я обошла барона и налила из графина рубиновой наливки, после чего подала ему рюмку.
- Прошу вас, ваша милость.
- Благодарствую! – он выпил, а потом громко хлопнул в ладоши. – Эх, хорошо!
Я присела в свое кресло и снова запыхтела папиросой, надеясь, что это тоже отпугнет его. Хоть я и не затягивалась, но едкий дым, как стая бездомных котов, раздирал горло.
- Тяжело вам, Елена Федоровна? – Лапин всем своим видом пытался показать, что его заботит моя «нелегкая» жизнь.
