Шоколадное пугало

И как ее зовут?

– Только не говори, что Лейкина Анастасия Ивановна, которая потом пошла в загс с Владимиром! – воскликнул Михаил Юрьевич.

– Уважаю психологов, – крякнул Димон, – господин Ершов, как всегда, зрит в корень. Точно. Настенька у них получилась! Девушка, не успев окончить школу, выскочила замуж за юного лейтенанта Лейкина и укатила с ним в тьмутараканскую воинскую часть! Брак продержался недолго, последовал развод. В Москву Анастасия не вернулась, просто перебралась из небольшого поселка в городок.

Там выучилась на медсестру и спустя годы прилетела в столицу, где стала счастливой женой молодого во всех отношениях мужа.

– Володя женился на своей родственнице? – возмутился Илья. – У них же есть общая кровь!

– Так этого в загсе никто при подаче заявления не знал, – уточнил Димон, – я уверен, что брак был фиктивным. Детей они заводить не собирались. После развода Анастасия покупает малогабаритную однушку, самое дешевое жилье. Открывает маленький продуктовый магазин, который просуществовал недолго и умер.

Более сведений о работе Насти нет. Однушку она продала, переехала в деревню, затем и этот дом сбыла с рук. Куда она подевалась потом, не известно, никаких ее следов я найти не смог.

– Катилась вниз по социальной лестнице, – грустно сказала Вера, – наверное, пьет.

– Она жива? – уточнил Федор.

– Сведений о смерти нет, – ответил Димон, – но это не означает, что Лейкина жива. Теперь еще одна интересная история.

Некоторое время назад на машину Сиракузова вылили ведро дерьма на парковке у офиса Владимира. За хозяином зарезервировано самое удобное место. Оно огорожено столбиками, но они легко передвигаются. Чтобы сотрудники не убрали ограждение и не заняли территорию босса, там висит объявление: «Место В. Сиракузова».

– Очень удобно для того, кто хотел его кабриолет изгадить, – усмехнулся Миркин, – служба безопасности у них с головой или без оной? Разве можно фамилию указывать? Обычно пишут: «Служебная парковка для сотрудников из особого списка».

И гадай потом, кто в него внесен.

– Вопрос не ко мне, – отмахнулся Димон, – вандал, вернее, вандалиха…

– Такого слова нет, – сделал замечание Ершов.

– Вандалица, – придумал новый вариант Коробков, – не мужик безобразничал, баба. Она ведро на капот опорожнила, удрать не успела, ее схватил секьюрити, который у входа стоит.

– Это ты как узнал? – удивилась я.