Шолохов. Незаконный

Начальник областного уголовного розыска в докладе писал: «Банда Кондратьева всё время оперирует вокруг Каргинской, не ближе 10 вёрст; банда Фомина на таком же расстоянии вокруг Вёшенской».

Кондратьев имел в Каргинской своих людей и готовил там переворот. В случае его удачи никто б не стал разбираться, что Александр Михайлович Шолохов проштрафился и отставлен от работы. Все знали, что именно он был главным в заготконторе. И Чукариных, и Шолоховых, и всех остальных действующих и отставленных совработников ждала одна участь.

Сосед Шолоховых по Каргинской, Василий Меркулов, рассказывал, как однажды хуторяне завидели переправлявшихся через Чир вооружённых людей: во двор к Меркуловым забежал Мишка Шолохов и попросил спрятать его. Но его заметили – за ним уже гнался один из всадников. Мишку спрятали в кадушке, где засаливали арбузы или капусту, накрыли сверху крышкой.

На счастье, оказалось, что всадники – милицейский отряд, ещё не получивший формы. Но шолоховские чувства можно себе вообразить! Это ж не игра в прятки.

Это – когда ты несёшься сломя голову, заметив уже, что один из всадников помчался за тобой, зная, что жизнь твоя снова на волоске – стучишься к соседям, не будучи наверняка убеждённым, что тебе откроют, что спасут, прячешься в бочке, каждый миг помня, что едва откроют крышку – тебя выволокут на улицу и ты умрёшь.

Но, как ни странно, где-то здесь, во всех этих историях и создавался бесподобный шолоховский юмор. Когда б не приходилось ему прятаться в бочке из-под капусты – как бы он описывал потом Щукаря и Лопахина?

В октябре кондратьевский заговор раскрыли.

В хуторах Каргинской станицы взяли десять людей Кондратьева и тут же расстреляли. Степень их виновности определяли на ходу. Представителям Советской власти рубили головы, и она в ответ не церемонилась.

Десятилетия спустя Шолохов вспоминал:

– …сидит эта новоизбранная власть в атаманской правленческой избе или в экспроприированной хате какого-нибудь «хуторского богача». А за окном-то неуютно… Через окно, бывает, и постреливают.

Будешь ты ждать, когда тебе пулю в лоб влепят? А то и просто вилами в подходящем месте? Никакой настоящий мужик ждать этого не будет. Повесит он наган на бок, чтоб всем видно было, и пойдёт сам врагов искать. И как его определишь, врага-то, когда на тебя чуть не каждый второй чёртом глядит? За ведьмами так когда-то гонялись… Час от часу подозреньице растёт; подозрение растёт – страх все сильнее; страх подрос, а подозрение, глядь, уже и в уверенность выросло.