Три шага… два… Щелк! Щелк! Осечка! Вот, сука! Я уже прыгнул с линии огня, рывком сокращая дистанцию. Не церемонясь, вырвал карабин и залепил смачную затрещину. Девка упала на снег. Ништяк! Сайга у меня! Вынув не сработавший патрон, дослал новый.
— Блядь, убить хотела?! — хрипло рявкнул я и приставил дуло к ее бестолковке. – Ну?!
Альбина подняла на меня лицо с красной отметиной от моей оплеухи. Все тот же дерзкий взгляд и наглая усмешка. Я нажал спуск. БАБАХ! Вороны испуганно сорвались с окрестных деревьев.
— Вставай!
Она сжалась, закрывшись ладошками. В полуметре от ее головы дымится воронка, которую выгрызла злая картечь. Признаюсь, отвел ствол в последний момент. Хотя руки чесались, сильно чесались.
Змеюка, блин! Чуть не убила Санька! Больше от меня не сбежит. Я отцепил ремень от Вепря.
– Руки за спину! – Связал запястья надежным узлом, другой конец закрепил на поясе. — Пошла!
Глава 45
Не так-то просто думать стратегически, когда готов пристрелить кого угодно за тарелку горячего супа или гречневой каши с топленым маслом и годным тушняком.
В каждом из нас живет зверь, дремлющий до поры. Но во время угрозы существования древняя сущность, порождение сотен миллионов лет эволюции, пробуждается, заставляя заткнуться никчемный разум. Своего зверя мне пока удается сдерживать, а значит, все не так уж плохо.
— Я хочу есть! – в который раз пожаловалась Альбина. – Слышишь?
Дернув за ремень, я остановился. Оглядел окрестные берега. Где-то здесь надо сворачивать к бункеру очкарика.
Мой чуткий слух поймал далекий отзвук. Голоса?
– Ау! Я с тобой разговариваю!
– Заткнись.
Но, кроме шумного дыхания пленницы, ничего не расслышал. Наверно, глючит от голода.
— Отдыхаем, — велел я. – Садись на камень.
Зло глянув из-подчерной пряди волос, она послушалась. Я поставил ботинок ей на колени:
— А теперь развязывай.
– Что?!
– Быстро! — замахнулся прикладом Сайги.
— Хорошо, хорошо… — принялась распутывать мою хитрую шнуровку. — Но зачем?
— Узнаешь, некогда объяснять.
-- Я тревожно огляделся.
– А что, торопимся куда-то?
– Ты мне зубы не заговаривай! Думаешь, твои дружки спасут?
– Они мне не дружки.
– Ага, рассказывай… вон, как ты быстро к ним чесанула.
– Ну, развязала!
– Так, снимай ботинок.
– Что еще тебе снять? Штаны? Сразу бы так и сказал. – Она провела языком по губам, вцепившись взглядом в мою ширинку. – Но ботинки можно было и не снимать…
– Размечталась, дура похотливая, – я усмехнулся. – Носок снимай.
