О, Лена позаботилась о ней вчера, посадила в аквариум.
Отдышавшись, принялся перебирать шмотки. Мой любимый костюм в стирке. Но я нашел старое летнее камуфло. С маскхалатом пойдет. Под низ натянул пару кофт и подштанников. Прислушался. Наверху по-прежнему бурчит вода. Лучше свалить незаметно. Не хватало еще скандалов. Открыв аквариум, достал жабу. Она посмотрела понимающе, словно царевна-лягушка. Вздохнув, я как следует лизнул скользкую спинку. Выбора нет. Мне надо быть в норме.
Спрятав жабу в карман, пошел наверх.
Но в норму я не пришел. Стены стали плавно изгибаться, в ушах затренькали дурацкие мелодии. Поднялся наверх, отмечая прилив сил и легкость во всем теле. Ништяк. А на галюны – пофиг. Пока шел в прихожую, пространство пугающе сжималось в сингулярность, но затем комната вновь возникала, как Вселенная из Большого Взрыва. Казалось, прошла вечность, прежде чем достиг выхода наружу.
«Сайга» с револьвером радостно прыгнули в руки. Закинув на плечи так и не разобранный рюкзак, я открыл дверь. И вздрогнул.
В снежном коридорчике, ведущем наружу, тот самый черномазый! Прямоугольник света из Схрона осветил скрюченную фигуру. Долбанный ниггер! Ушел от моих пуль, миновал все тактически расставленные ловушки, чтобы сдохнуть у меня на пороге! Я даже проморгался. Вдруг это галлюцинация? Дабы удостовериться, пнул что есть силы в бочину. В ту же секунду черный подпрыгнул и пронзительно заверещал. Вытаращенные белки глаз и ослепительно белые зубы хаотично плавают на угольно черной роже. Я тоже заорал, сдергивая с плеча «Сайгу».
Сзади хлопнула дверь ванной комнаты, и к нашему ору присоединился Леночкин визг.
– Не убиват! Не убиват! – залопотал нигга, когда дуло карабина уперлось промеж его глаз.
Блять, он еще и разговаривает!
– Саша! Кто там? – нервно выкрикнула Лена.
– Ниггер вонючий! – прошипел я.
– Буба кароший! Буба сдаваеться! – слова смешно, как в мультике, вылетают изо рта и растворялись в воздухе.
– Дорогая, отвернись, тебе не стоит смотреть, как я вышибу ему мозги! – Я передернул затвор.
– Точно ведь негр… – Лена выглянула из-за моего плеча, запахнув халатик.
– Буба замерзнуть, Буба бояться, Буба простой повар, не солдат! – По черным щекам покатились слезы. – В лесу холодна, оченна страшна! Не убиват, плиииз!
– Саша, давай отпустим его? – вздохнула девушка.
– Тебе жалко эту обезьяну? – усмехнулся я. – Да он же приведет сюда своих дружков, блять!
– Буба не обезьян! Буба – чилавек! Ви расисти, я поняль! – Он начал пятиться.
