– Дыми еще, братка, – мягко сказал Вован. – Я уж в дороге заценил. Думаешь, чо меня так на жрач-то пробило, гыгыгы…
Но я все же сдержался. Адски пересохло в горле. Взял кружку, но там плещется водка. А вот мешать-то, наверно, не стоило. Я принялся есть очередной помидор. Вован затренькал на гитаре, а меня пробило на разговор. Подробно рассказал, чем мы тут занимались в эти дни. Даже поведал десантнику о безвременной кончине горячо всеми любимой тещи Валеры. Тут Вован орнул в голосину.
– Дык, это, бабка, значит, где-то здесь валяется, нах? – спросил он, утирая слезы.
– Да. Представь только, каково сейчас Валере. Что он скажет своей жене? Какова будет ее реакция?
– Пойдем, братка, покажешь мне эту красотку!
– Вован, только давай без твоих фокусов, – насторожился я.
– Да ты чо, братан, я только взгляну, нах!
– Ну, пошли, – вздохнул я, включая фонарик. – Только обещай, что ничего с ней вытворять не будешь.
– Ты заебал, Санек! Я ваще-то боевой офицер, даж на зачистках мы себе такого не позволяли.
А тут бабка дохлая! Тьфу, нахуй!
Слова десантника практически убедили, что беспокоюсь я напрасно. Но в прошлый раз он представлялся старшим сержантом. Мы прошли через грот и свернули направо, где я положил старую ведьму. Это все паранойя. Но только благодаря ей, выживаю в этом суровом мире БП. А через минуту увидел то, что повергло меня в чудовищный шок. Я отлично помню, что оставил ее здесь, между этих красивых сталагмитов. Но сейчас она исчезла без следа!
Глава 11
В принципе, я рад, что старая рухлядь жива.
Ну да, не будет этих заморочек с похоронами, скорби на лице жены Валеры и с трудом скрываемой радости на хитрой роже очкарика. А теща по любому жива, иначе, куда она могла деться? Честно говоря, до этого момента я был абсолютно уверен, что досрочный старт Антонины Петровны в загробный мир — дело рук Валеры. Но теперь сомневаюсь. Неужели ФСБ-шник мог так опарафиниться?
– Нет тела – нет дела, епть! – заржал Вован.
– Надо ее найти!
— Нахуя?
— Ты же сам хотел с ней познакомиться.
– Да ебал я в рот такие знакомства! Нах это надо? Одно дело, епт, когда она лежит, стало быть, тихонько, хавальник не разевает почем зря… а щас хуй его знает, чо у карги на уме, бля… у нее фонарь был хотя б?
— Нет, – подумав, ответил я. – Точно не было.
— Вот и я про тоже, братка, — понизил голос Вова.
— Антонина Петровна!!! — заорал я. Эхо испуганно заметалось под мрачными сводами.
