– О, заебись, братка! Не вовремя подоспел! – заорал десантник. – Я их почти заебошил, ёпта!
– Блин, Вован, я нахрена тебе оставил две сотни патронов, а? Чтобы ты сделал из нее палицу?
– Да ладно, ёпт… пиздос, кароч, некогда перезаряжать было! Полезли сучары из этой дырени, как глисты из сраки, ебана! Хуле, магазин десятка всего, ннах!"
"– Дай сюда!
Я забрал родную Сайгу и чуть не расплакался. Если б стоял выбор она или Лена, я бы, на самом деле, задумался. Причем сильно задумался. Коллиматор вхлам разбит! Всюду царапины.
Ох, блять, не дай бог, еще ствол повело!
– Да ладно, Санек, не серчай, еба… – десантник опустил голову. – Хош, кароч, те калаш подгоню или «эмку?» В идеальном состоянии, бля буду, даж муха не еблась!
Я грустно вздохнул. Как объяснить этому… этому... этому, блять, Вовану, что у меня основнойбоеприпас двенадцатого, мать его, калибра?! Ладно, ствол, кажись, в норме, а остальное подрихтуем.
– С тебя причитается теперь, – сухо ответил я.
– Да говно-вопрос, братка! Хуль ты обламываешься, ситуация так сложилась.
Че с тещей-то делаем, где твой корефан, нах?
– Отстал немного, сейчас должен прийти…
– А, вон же он сука!
Я обернулся. Валера, слепо щурясь и спотыкаясь о сталактиты, приковылял из темноты. Дорогу он подсвечивал зажигалкой.
– Что с мамой? – тут же спросил он.
– Заебок маман! Жива и здорова, нах! Получите, епт, и распишитесь!
– Блэт, что с ней?! Что с волосами?
– Обгорела слегонца, – пожал широкими плечами Вован.
– Слегонца? Это ты называешь «слегонца»? Что я скажу Люсе, когда она такое увидит?!
– А чо, еба, платок ж можна завязать и не видать будет!
– Не кричи, друган, – сказал я.
– Забираешь тещу или как?
– Забираю!
– Тогда идите к выходу, а твоих я с Егорычем отправлю.
– Хорошо!
– А ты чо, Санек? -спросил Вован.
– Поставлю пару растяжек и до дому.
– Дай и мне одну? А то вдруг враги, а я без гранаты нах!
Я, скрепя сердце, протянул одну Ф-1.
– От души, братух! – Он просиял, пряча подарок в шкурах.
– По пути аккуратней, несколько тварей пристрелил, но еще две где-то бегают.
– Пусть попадутся – выебунах! – усмехнулся ВДВшник.
У меня большие сомнения, что он выражается фигурально.
Дохляк попытался поднять старуху, но десантура со словами: «Дай сюда!» привычным движением закинул на плечо. Что ж, еще одной проблемой меньше. Как же меня задолбала эта история с фашистами и полоумной бабкой! Я проводил их недолгим взглядом и вытащил остальные гранаты. Последние три штуки.
