Как вам не стыдно! Набросились на ребенка. Сами глупости в ее возрасте не делали?
Я посмотрела на Флору.
– Вы меня спрашиваете или Геннадия?
– Вас! – с вызовом ответила мать Марфы.
Я пожала плечами.
– Все в подростковом возрасте могут наломать дров. Вопрос в толщине поленьев. В десятом классе я, собираясь на школьный вечер, решила принарядиться, взяла без спроса кольцо бабушки, старинное, и, как сейчас понимаю, очень дорогое. Вернувшись домой, я поняла, что его нет. Была зима, наверное, снимая варежки, я потеряла перстень.
Да, я совершила глупость и была здорово за нее наказана, но мне не пришло в голову соврать бабушке, что меня ограбила соседка, напала и сдернула с руки украшение.
– Не о чем спорить. Марфа уедет в Риверс, – каменным тоном произнесла Мария Ивановна. – Вопрос решен.
– Это кем же? – вспыхнула Флора.
– На семейном совете, – буркнул Геннадий.
– Отличненько, – протянула мать Марфы. – Только родителей девочки на него не пригласили. А нашего согласия на отправку дочки за рубеж не будет.
– Ты не поняла, что Васильева на нас в суд подаст? – зашипела Мария Ивановна.
– Ну и на здоровье, – хмыкнула Флора. – Я не очень испугалась. Миша, не молчи! Что ты в рот воды набрал?
– Мой сын ничего не говорит, потому что он дал согласие на отъезд Марфы, – заявила Мария Ивановна. – Дарья, не волнуйтесь, девица скоро покинет Россию.
– Что? – взвилась Флора. – Что? Михаил! Это правда?
Муж молчал.
– Как ты мог? – закричала Флора. – Марфа останется в Москве! Геннадий и Мария Ивановна давно нас с дочерью ненавидят.
Но ты! Родной отец!
– Не родной, – тихо сказала я. – И вы об этом знаете.
Флора покраснела, потом вскочила.
– Все. Я ухожу. Мне плевать на все. Идите в суд. Хоть в иностранный. Дочь остается дома.
– Это мой дом, а я не желаю видеть в нем девчонку, – отрезал Геннадий.
Я взглянула на него:
– Пришло время вскрыть нарыв, надо сказать правду.
– Да! – заорал он. – Хватит! Я долго молчал. Не хотел брата расстраивать. Думал, мало ли что мне в голову взбрело, вдруг я ошибаюсь.
– Давно вы догадались, что Михаил не отец Марфы? – полюбопытствовала я.
– Я сразу поняла, – вмешалась в разговор Мария Ивановна. – Когда девочку из роддома принесли и развернули, меня вмиг осенило: не наша порода.
– Генетики, блин, – прошипела Флора, – глянули и вывод сделали.
– Перестань, – поморщился Михаил. – Девочке лучше уехать. Она неуправляемая. У нас Никита подрастает, какой Марфа ему пример подает?
– Кит наш, – удовлетворенно произнесла Мария Ивановна.
