Шторм Z. У вас нет других нас

Но воображение все равно рисует доброго дедушку с пузиком, в надвинутой на глаза каске и то, как дедушка с пузиком успеет вскинуть автомат и выстрелить мне в голову.

У Ремарка, во «Время жить и время умирать», главного героя застрелил дедушка. И он успел увидеть красную вспышку.

Но откуда Ремарку знать про вспышку? Он это придумал всё. Это литературный ход. На самом деле никто не знает, как это.

Он вообще пиздобол, этот Эрих Мария Ремарк. Всю жизнь писал про страдания и рефлексии, а сам до восьмидесяти лет прожил на вилле в Швейцарии и трахал красивых женщин под кальвадос.

…Резкий грохот, и БТР просто замирает как вкопанный. Двое по правую руку слетают с брони, как мешки с песком. Я вижу, как один, упав, тут же вскакивает, а второй падает всем телом на спину…

Я теряюсь. Я делаю совершенно глупые вещи. Я продолжаю сидеть на броне и кричу не кому-то конкретно, а всём: «Что, слезаем?»

Нет, блядь, сидим на подбитом БТР посреди чистого поля и ждём развития ситуации!

Ну, это мне сейчас очевидна нелепость своих слов, а тогда вот была такая реакция…

Спрыгивать я не решаюсь, сползаю по корпусу вниз и, лишь когда жопа касается края машины, неуклюже отталкиваюсь и приземляюсь на землю.

Всё на мне: автомат, рюкзак, «шайтан-труба». Тот, кто держал в руках оружие, остался без него.

— Где мой автомат? — кричит товарищ с другой стороны БТРа.

Командир между тем орет:

— Отходим к лесополосе!

Цепочкой, друг за другом, бежим в сторону деревьев.

Экипаж БТР уходит с нами. Они без брони, без касок, без оружия.

Я бегу и думаю о главном: не сбить дыхание. Дышать ровно. Главное — не сбить дыхалку.

Во мне 63 кг. На мне бронежилет, каска, рюкзак, забитый медикаментами, пачками патронов, батареями для «азарта», автомат и «шайтан-труба». Грубо говоря, полменя.

Все это надо тащить бегом, не останавливаясь, по возможности дальше, дальше от БТРа.

Что с ним случилось, я не понимаю. Попадание? Не похоже. Мина? Вроде не было характерного взрыва.

А сейчас я бегу к лесополке.

Все мы бежим к лесополке, а по нам уже работает миномёт.

Кто в лесу? Чей он? Кто там?

Я ничего этого не знаю. Должен знать командир, но я не уверен. Может, и он не знает.

Но на открытом месте нельзя стоять. Значит, вариантов нет, кроме как туда, под прикрытие деревьев, где, впрочем, может быть всё заминировано.

Тем не менее на душе мне легчает.