А у вас все в порядке? Отзовись!
– Третий на приеме, – подхватив рацию и стараясь подражать почившему «басу», грубо пробубнил я. – Ты чего, б…, разорался?! Жопой на шило сел?! – одновременно я провел рукой по горлу и указал Сибирцеву в сторону ворот. Понятливо кивнув, майор растворился в темноте.
– Поаккуратнее с выражениями, – обиделся Четвертый. – Слишком ты, Руслан, на язык несдержан. Гляди, нарвешься на неприятности!
– Ты кому, мать-перемать, угрожаешь?! – специально затягивая разговор, набычился я. – Оборзел, мать-перемать?! Да я тебя, б… вшивая…
– Ладно, после разберемся.
А сейчас о деле, – прагматично оборвал перебранку Четвертый. – Вы точно ничего подозрительного не заметили?
– И тем не менее надо разбудить реб… – Охранник умолк на полуслове. Сквозь эфирные помехи донеслись едва различимые хрип и бульканье крови из перерезанного горла.
– Минус три. Комната, – спустя секунды сообщила рация Костиным голосом.
– Понял. Прикрывай. – Почти не касаясь ногами земли, я стремглав пронесся через сад, достиг открытого, тускло освещенного луной пространства между домом и деревьями.
Залег, сливаясь с травой, и змеей заскользил ко входу в особняк. По согласованному нами плану мне надлежало ликвидировать двух отдыхающих наемников Малевича. Сибирцев же должен был прикрывать меня с тыла. Подобный план действий объяснялся очень просто. В замкнутом пространстве небольшой комнаты удобнее действовать в одиночку. Вот и весь расчет. А прикрытие… да так, на всякий пожарный. (Или, если уж совсем честно – проформы ради.
) Но, как говорится, гладко было на бумаге… В общем, судьба-затейница внесла в наши замыслы определенные коррективы. Едва я достиг подножия дверей, они со скрипом распахнулись. На крыльцо, расстегивая ширинку и сонно зевая, вывалился голый по пояс бугай (надо думать, один из отдыхающих) и, пользуясь пьяным состоянием хозяина, решил осквернить мочой мраморные ступеньки, а заодно и вашего покорного слугу. Вот ведь мерзавец!!! Лень ему до туалета дойти!!!
– Т-р-р, – вовремя обезвредил злодея Сибирцев.
Тяжелое тело с развороченной грудью упало прямо на меня. Благодаря этому большого шума не получилось. Спихнув с себя мертвеца, я, весь перемазанный в его крови (но не обоссанный!), помахал Косте рукой, по-кошачьи ступая, проник в дом, прошел шагов пять по темному коридору и, держа в правой руке боевой нож, левой тихо отворил незапертую дверь. Комната отдыха представляла собой прямоугольное помещение четыре на шесть метров.
