Следовательно, Сократ смертен» — процитировал он самый известный силлогизм из логики. — Странно, что ты еще к этому не привык! Люди ко всему привыкают.
— К этому не хочется привыкать.
— Тогда думай о живых. И о том, как сделать так, чтобы они не лежали рядом с мертвыми.
После подсчета «двухсотых» и сверок со списками, оказалось, что еще четыре бойца числятся в «без вести пропавших». «Птица», отвечающий за личный состав перед кем-то из главного штаба отряда, стал торопить меня с поисками.
— Нашли еще две семьи мирных, — вышли в эфир бойцы с передовой.
— Как стемнеет, нужно их в штаб эвакуировать.
— Сделаем.
Через два часа после заката в подвал привели первую семью. Их было трое. Муж и жена лет пятидесяти, одетые в теплые и относительно чистые вещи, и их сын — парнишка семнадцати лет с коробкой от армейского пайка. Они тревожно озирались по сторонам и не знали, как себя вести.
— Присаживайтесь, — предложил я. — Что у тебя в коробке?
— Крыса домашняя, — ответил парень и, приоткрыв коробку, показал мне своего питомца.
— Не бросил друга, — с большим уважением в голосе сказал я.
Мы стали общаться, и парень рассказал, что учился в музыкальном училище до военных действий и очень сожалеет, что пришлось прекратить учебу. Его отец молчал, а мать плакала, когда слушала своего сына. Вдруг отец очнулся и обращаясь ко всем нам заговорил.
— У меня там в сейфе ружье хорошее. Я охотник. Пользуйтесь.
Я смотрел на эту семью и мне становилось все больнее.
Я сопереживал им, потерявшим свой мир и всю свою прошлую жизнь, и даже боялся думать, что их ждет впереди.
Хотелось быстрее их отправить дальше в штаб, чтобы они оказались как можно дальше от войны и смерти. Эти люди были мирными, и они были неуместны в ситуации, где одни люди неистово убивали других. Где все перевернулось с ног на голову, и то, что еще вчера казалось невозможным, стало нормой.
— Все самое страшное позади. Теперь вы в безопасности, — заученно стал бубнить я, сам не веря в то, что говорю.
Они слушали меня и кивали головами.
Я вышел на связиста в штабе и заказал машину, чтобы их эвакуировать. После того, как я получил подтверждение, что машина выехала, я вышел на ребят и дал команду выводить вторую семью.
— Они отказываются уходить, «Констебль». Что нам делать?
— Скажи, у нас приказ! И точка! — повысил я тон.
— У них две собаки где-то по огородам бегают. Овчарка немецкая и хаски. Без них не хотят уходить.
— Пообещайте им, что мы будем их искать. А пока пусть выходят.
