Штурмовик-3. На абордаж!

— Никто никуда не пойдет, пока не решим этот вопрос! Игнат дело говорит! Мы каждый год смотрим, как мимо нашего носа проплывают горы золота, и ничего сделать не можем! Мне надоело слюни глотать и жить под честное слово дарсийцев, что нас не тронут, если будем вести себя паиньками! Да плевать! Хочу на старость лет купить себе домик где-нибудь в Аксуме или в Халь-Фаюме и сдохнуть в окружении пяти-шести одалисок!

Пираты расхохотались и стали подкалывать рыжебородого; видимо, мечта Эктора стала притчей во языцех, и он сам привык к шуткам.

— Почему мы боимся дарсийцев? — поддержал его пожилой сухощавый пират с густой бородой, в которой проблескивало серебро седины. Я с трудом вспомнил, что у него довольно претенциозное прозвище — Маркиз, и шхуна его тоже носит яркое название: «Слуга Кракена». С таким кораблем и тонуть не страшно. Морской дьявол спасет самолично! Впрочем, Маркиз из тех людей, которые не кичатся своей залихватской удалью, а всегда загодя рассчитывают каждый шаг. И я знал, что Маркиз дружит с Эктором Рыжебородым.

Между тем пожилой корсар продолжил, поглядывая на замерших коллег:

— Неужели вы забыли, что кроме Королевского флота есть Сиверия. Почему бы с ними не заключить договор? На Керми уже давно наши братья недовольны, что приходится ради дешевых подачек ложиться под дарсийцев. Я бы по-другому действовал. Кто сейчас может дать нам больше — с тем и дружить надо. Не понравилось, послал к дьяволу!

— Правильно! — поддержал его незнакомый мне шкипер в темно-коричневой кожаной куртке.

— Так что ты хочешь, Игнат? — поинтересовался Хорсли. — Приглашаешь нас ограбить дарсийцев? А как насчет того, что ты только что убил нашего командора?

— По кодексу вольных братьев я возглавлю флот Рачьего острова, — спокойно сказал я, зная, что правда на моей стороне. — Кто бросил вызов командору и победил его в поединке?

— Правду говорят, что ты спутался с Тирой и подгадал дело так, чтобы убить Плясуна?! — Линди Малыш обнажил желтые от табака зубы и нахально посмотрел, как я буду реагировать.

— Прижми свой язык, Линди! — пристукнул тяжелой ладонью по столу Эктор.

— Все видели, как Игнат приходил в «Хитрую русалку», когда там была Тира, — не унимался Линди.

Я провел ладонью по щеке.